9 ноября вечером член политбюро и первый секретарь столичного окружкома партии Гюнтер Шабовски дал пресс-конференцию, которая в прямом эфире транслировалась по телевидению. Он рассказал: отныне граждане ГДР смогут легко получать визы, чтобы посетить Западный Берлин и ФРГ.
Итальянский журналист уточнил: когда вступает в силу закон о свободе передвижения? Первый секретарь горкома ответил, что закон уже действует. Он и предположить не мог, что его слова воспримут как руководство к действию! Сотни тысяч восточных немцев двинулись к контрольно-пропускным пунктам, разделявшим город.
Министр госбезопасности Эрих Мильке позвонил Эгону Кренцу и сказал, что ситуация становится взрывоопасной.
— Что ты предлагаешь? — спросил Кренц.
— Ты генеральный секретарь, тебе и решать, — ответил Мильке.
Эгон Кренц приказал поднять шлагбаумы. Толпа хлынула на Запад. Берлин перестал быть разделенным. В тот момент еще никто не понял, что социалистическая система рухнула и ГДР скоро исчезнет с политической карты мира.
Меньше чем через месяц, 6 декабря 1989 года, Кренц подал в отставку. Он работал посудомойщиком, санитаром в больнице, дворником и сборщиком мусора. В 1997 году его приговорили к шести с половиной годам тюремного заключения за убийство людей, пытавшихся бежать из Восточной Германии. Ему также были предъявлены обвинения в фальсификации результатов выборов.
Эгон Кренц описал свой приговор как «правосудие победителя»: «Победившая держава мстит представителям побежденной державы» (Die siegreiche Macht racht sich an den Vertretern der besiegten Macht)…
А многие из тех, кто хорошо знал внутреннюю жизнь ГДР, вновь и вновь задавались вопросом: как бы на его месте в те решающие дни действовал абсолютно уверенный в себе и очень умелый Вернер Ламберц?
Если бы он руководил ГДР, может быть, Берлинская стена осталась бы на месте, Федеративная Республика так и не стала бы единой и Восточная Германия осталась бы на политической карте? Выходит, взрыв вертолета в далекой ливийской пустыне темной мартовской ночью изменил судьбу Европы…
Николае Чаушеску, маршал Антонеску и Дракула
Николае Чаушеску, маршал Антонеску и Дракула
Многолетний руководитель социалистической Румынии Николае Чаушеску никогда не улыбался. Он всегда выглядел обеспокоенным и озабоченным. И крайне надменным.
Член политбюро ЦК КПСС руководитель советского Казахстана Динмухамед Кунаев вспоминал, как румынский вождь приехал в Москву:
«Он был невероятно капризен и держался высокомерно. Когда мы обедали и ужинали, Чаушеску к предложенным ему блюдам даже не притрагивался. Румынский официант подавал только свои блюда в отдельной посуде, и даже воду ему наливали свою, привезенную из Румынии. Ясно, чего он боялся».