На уроках истории преподаватели вывешивали батальные полотна и объясняли:

— На этой картине изображены наши бравые солдаты, которые под командованием преданных императору офицеров ворвались в китайские окопы. Посмотрите, какие глупые лица у китайцев, как они боятся японского солдата. Китаёзы похожи на свиней, которых собираются заколоть, чтобы в праздники поесть свежего мяса. На заднем плане видна гора трупов. Это китайцы, убитые нашими смелыми солдатами.

Новобранцам, которые прошли такую школу, молодой лейтенант говорил:

— Вы еще никого не убивали, так что вам нужно попрактиковаться. Китаец — это не человек, это существо менее ценное, чем собака или кошка. Кто хочет попробовать себя, шаг вперед!

Никто из новичков не двинулся с места.

— Трусы! — закричал лейтенант. — Никто из вас не имеет права именоваться солдатом императорской армии.

Он стал вызывать солдат по одному.

«Когда прозвучала моя фамилия, — вспоминал один из них, — трясущимися руками я поднял винтовку с примкнутым штыком и медленно двинулся на китайца, стоявшего у ямы, которую он же сам и выкопал. Мысленно попросив прощения, с закрытыми глазами воткнул штык в китайца. Когда я открыл глаза, он уже упал в яму».

Через три месяца на фронте любой призывник превращался в демона, который легко убивает человека. Практически никто из них не испытывал сожаления и не считал себя преступником.

«Офицер показал, как одним ударом обезглавить человека, — рассказывал после войны бывший солдат. — Он предложил мне забрать отрезанную голову и отвезти домой как сувенир. Помню свою гордую улыбку, когда я взял из его рук меч и сам приступил к убийству людей».

Дипломаты заблаговременно покинули Нанкин, предоставив оставшихся в городе иностранцев их судьбе. Они отплыли на американском корабле, который потопили японские самолеты. Японские власти уверяли, что произошла ошибка: летчики в тумане не опознали американский корабль. Но в тот день тумана не было. Истребители еще и обстреляли из пулеметов спасательные шлюпки и выживших, сгрудившихся на берегу Янцзы. Два американских моряка и один пассажир были убиты, еще одиннадцать ранены.

Поразительным образом два десятка иностранцев, оставшихся в Нанкине, сумели спасти множество людей. Миссионеры, врачи и торговцы воспользовались тем, что японские войска сохраняли некий пиетет к иностранцам.

Немалую роль сыграл немецкий бизнесмен Йон Рабе. Для китайцев он был настоящим героем, «живым Буддой Нанкина». Рабе приехал в Китай еще в 1908 году, работал в представительстве компании «Сименс». Продавал китайскому правительству телефонные аппараты и электрическое оборудование. Его механики обслуживали турбины городской электростанции, телефонную сеть и большую рентгеновскую установку в главной городской больнице.