* * *

Смерть консулов Гирция и Пансы в кампании против Марка Антония стала для Октавиана невероятно щедрым подарком судьбы. Я упростил события, потому что на самом деле консулы погибли в двух сражениях, которые произошли с недельным промежутком. Панса пал в первом, а Гирций – во втором, оставив Октавиана единственным командующим. Нет доказательств того, что Октавиан вступил в сговор с Марком Антонием, хотя я предполагаю, что это не основание считать, будто сговора не было. Это один из тех исторических моментов, исход которых оказался очень уж благоприятным для одного из участников. Логично предположить, что судьбу в этом случае подтолкнули под локоток. В первой битве Октавиан не участвовал, но во второй он сражался лично.

Признав власть сената и получив должность пропретора – эквивалент поста губернатора одной из провинций, – Октавиан оказался во главе восьми легионов. После тех битв ходили любопытные слухи. Панса, получивший тяжелые ранения, умер не сразу, и злые языки утверждали, что врач отравил его по приказу Октавиана. Также говорили, будто по ходу боя Октавиан убил Гирция сам, однако такого просто не могло быть.

Находясь в ссылке в Афинах, Брут регулярно посещал дебаты и философские дискуссии, как и многие другие римляне, оказавшиеся в Греции до него. Эпизод с тренировочным боем вымышленный, хотя к сражению у города Филиппы Брут подошел в отличной физической форме, то есть он, без сомнения, регулярно упражнялся с мечом. Нюанс, что у того, кто действует вторым номером, скорость обычно выше, я почерпнул из исследований, касающихся стрелков на Диком Западе, и не смог устоять перед искушением упомянуть об этом в книге. Человек, вытаскивающий револьвер первым, инициирует подсознательный импульс у опытного соперника, и его движения оказываются более плавными и стремительными. Казалось бы, это противоречит здравому смыслу, но японские бойцы кэндо подтвердят, что инстинктивная реакция после тысяч часов тренировок зачастую быстрее, чем удар, являющийся результатом контролируемого решения.

* * *

О монетах. И Брут, и Кассий чеканили монеты после убийства Цезаря. Наиболее знаменитая – с профилем Брута на одной стороне и словами «Eid Mar»[24] на обратной, с двумя кинжалами по сторонам шапки вольноотпущенника. Другие монеты связывали Брута со словами «свобода» и «победа» – ранний пример пропаганды задолго до появления средств массовой информации.

* * *

О создании флота. Секретная верфь Виспансия Агриппы располагалась рядом с современным Неаполем, на Авернском озере. Само озеро отделяла от моря перемычка шириной в милю, и они находились примерно на одном уровне. Римские топографы заверили в этом Агриппу, и это был маленький строительный проект в сравнении с возведением акведука длиной в сотню миль или прокладкой дороги в тысячу. Если помнить о том, что Панамский канал строили двадцать пять тысяч человек, которые ежедневно перемещали миллион кубических ярдов грунта, то Авернский канал тысяча человек могла прорыть за три-четыре дня. Даже с учетом ворот, необходимых, чтобы сдерживать поток воды из озера, строительство никак не могло занять больше месяца.