Советская литература и искусство должны были воспитывать советского человека, делать его культурным, то есть политически лояльным, грамотным и бодрым, физически и морально здоровым, чистым и развитым. В этом контексте советская культура противопоставлялась разлагающей и разлагающейся западной с ее якобы декадентским искусством, уродливыми новыми танцами под вырожденческий джаз и с однополой любовью. В этом контексте латунный или чугунный черт с гигантским фаллосом не вписывался бы в образ жизни, которая стала «лучше и веселей», как объявил Сталин стахановцам в ноябре 1935 года. Скорее дразнящий черт указывал на западное буржуазное вырождение.

* * *

Эти мотивы сближают критику «буржуазной деградации» в культурной политике и искусстве тоталитарных режимов. Упадку Запада противопоставлялось уважение к гигиенической и моральной чистоте, физической силе и атлетическому сложению[465]. Мускулистые мужские и женские тела, напряженное выражение бдительных лиц делали бы скульптуру в сталинском СССР и нацистской Германии почти неразличимыми, если бы не характерная деталь. В то время как нацистская живопись и скульптура безупречную с расовой точки зрения обнаженную натуру выставляли напоказ, советские создатели образов нового героя драпировали его в одеяния, указующие на его классовую или национальную принадлежность.

Эта разница в подходе к изображению тела проникла даже в мелкую фарфоровую, керамическую и металлическую пластику, какой немецкие и советские граждане украшали свои жилища. В домах немцев в 1930–1950-х годах можно было встретить, например, очень популярную фарфоровую скульптурку нагой балерины, балансирующей на одной ноге на золотистом шаре, с воздетыми к небу руками и запрокинутой назад головой с короткой стрижкой в стиле ар-деко (см. ил. 69, вкладка). Ее автор Карл Туттер (1883–1969) с 1922 по 1956 год работал модельером на фарфоровой фабрике Лоренца Хученройтера и в течение долгих лет возглавлял художественный отдел фабрики. Статуэтку «Дитя солнца» он создал в 1938 году. Примерно в это же время была создана настольная лампа: две нагие девушки с прическами ар-деко делают стойку «березка», прислонившись друг к другу спинами. На ступнях они держат светящийся стеклянный матовый шар (см. ил. 70, вкладка).

Ничего подобного найти и даже представить себе в советских приватных интерьерах 1930–1980-х годов немыслимо. Наибольшая степень обнажения была позволена в изображении балерин, спортсменок, артисток цирка: статуэтки представительниц этих видов деятельности являли зрителю обнаженные руки и ноги, но и только.