Другой артефакт знаменитых дореволюционных народных промыслов я нашел годом позже. Это черная лакированная шкатулка цилиндрической формы из папье-маше диаметром 7 сантиметров и высотой 5 сантиметров (см.
Сработана ли приобретенная мной шкатулка жостовским/московским или осташковским Василием Вишняковым, установить не удалось. Скорее всего, я стал владельцем предмета массового производства конца XIX – начала ХХ столетия, эпохи большого увлечения вновь открытой, «переизобретенной» русской народной культурой.
Как бы то ни было, вишняковские и конкурировавшие с ними лукутинские (федоскинские) лаки составляли вершинное достижение русской лаковой миниатюры на исходе имперской истории. Они прочно вошли в быт российских подданных, так как создавались на любой вкус и кошелек, а их ассортимент был неисчерпаем:
от популярных спичечниц разных форм, солонок, чайниц – до бюваров, дорожных погребков и отдельных бытовых деталей, как, например, рукоятей для зонтов и тростей, папок для ресторанных меню, обложек для фотографических альбомов, ящиков для хранения сигар и шкатулок для документов и прочих изделий[567].
от популярных спичечниц разных форм, солонок, чайниц – до бюваров, дорожных погребков и отдельных бытовых деталей, как, например, рукоятей для зонтов и тростей, папок для ресторанных меню, обложек для фотографических альбомов, ящиков для хранения сигар и шкатулок для документов и прочих изделий[567].
Попался мне как-то и коллекционный объект русской милитарии. Прямоугольный портсигар под десяток сигарет размером 9 × 4,5 сантиметра и толщиной 1,3 сантиметра из мельхиора производства Вюртембергской металлической фабрики украшен кадетским погоном с царской короной и вензелем Николая II (см.