Молодая женщина так глубоко погрузилась в свои мысли, что не обратила внимания на Статилия, худого управляющего, который остановился в дверях таблинума. И только после того, как он вежливо кашлянул, подняла голову.

– Да?

– Госпожа, прибыла твоя мать.

Аврелия заморгала.

– Моя мать? – глупо переспросила она.

– Совершенно верно. – Управляющий кивнул с важным видом. – Она нанесла нам визит. Я уже послал раба, чтобы тот сообщил хозяину. – Он посмотрел на открытые двери таблинума. – Я предложил ей комнату, где она могла бы переодеться и освежиться, но твоя мать отказалась.

Все еще не до конца понимая, что происходит, Аврелия жестом показала Элире, что ей следует остановиться. Через мгновение появилась Атия. За нею поспешно шагал ее раб.

– Мама. – Хотя во время последней встречи между ними возникла неловкость, Аврелия почувствовала, что ее переполняет нежность, и она с трудом преодолела желание подбежать к Атии. Так мог бы поступить лишь ребенок. Поэтому она встала и чинно подошла к матери. – Какой сюрприз! Я так рада!

Губы Атии растянулись в улыбке, но глаза остались холодными, когда они расцеловались.

Аврелия вздрогнула. Что-то случилось.

– Ты получила известия от отца или Квинта? С ними все в порядке?

– Думаю, да. С тех пор как я писала тебе в последний раз, от них не было новых известий. – Атия поплотнее закуталась в накинутый на плечи темно-зеленый шерстяной платок. – Здесь так холодно… Как ты можешь сидеть под открытым небом в одном платье?

– Тут больше света, – объяснила Аврелия, пытаясь понять, что происходит. Зачем ее мать приехала? – Пойдем. В одной из комнат для приемов у нас подогретый пол. – Она повернулась к Элире: – Принеси теплого вина. – И к Статилию: – Позаботься о достойном обеде.

Комната для гостей была прекрасно обставлена, и все вокруг говорило о богатстве: стены, выкрашенные в красный цвет и расписанные сценами из мифов: Эней в первый раз встречает Дидону; Ромул и Рем сосут молоко волчицы. Туалетные столики из лиственных пород дерева, удобные диваны и стол из красного дерева, столешницу которого украшала изысканная резьба. С потолка свисала серебряная люстра. Аврелия ничего не замечала. Как только они оказались в комнате, она закрыла дверь. Лицо матери оставалось холодным, что вызвало у девушки тревогу.

– Я всегда рада тебя видеть, мама, но твой визит для меня – полнейшая неожиданность. Почему ты никого не прислала, чтобы меня предупредить?

– У меня не было времени. Да и как ты можешь что-то понимать, ведь ты живешь далеко от города… Дело в Фанесе.

Кровь прилила к лицу Аврелии, и ей пришлось опереться о стену, чтобы сохранить равновесие.