Одним из лучших считался волхв-перунник Озар. Теперь его путь лежал на юг, вдоль течения великого Днепра. И он отправился нести свою службу, шел легко и уверенно, гордый тем, что ему предстоит, и напрочь лишенный сомнений в том, что справится. За его плечами была котомка, в руках – крепкий посох, на поясе – калита дорожная. В калите – завернутый в тряпицу литой шип, каким купца Дольму убили. Он так и остался у волхва, вот и решил взять. Все же хорошее оружие, вроде и незаметное, но надежное. А то в дороге мало ли что случится. Но о дурном сейчас думать не хотелось. Озар чувствовал себя едва ли не соколом, вылетевшим из тесной клетки на волю. Надо же, сколько он провозился с дворней Колояровичей да с ними самими, когда его дела столь важные ожидали. Но теперь-то он развернется в полную силу. Ведь умел же он увлекать людей, умел добиваться их доверия и расположения. Это ему не единожды помогало. Как в той же усадьбе на Хоревице, где приходилось особенно изворачиваться и наводить людей на те действия и помыслы, какие самому было выгодно им внушить.

К ночи волхв добрался к окруженному валами городку Треполь[109]. Попросился на постой. Законы Рода гостеприимного тут чтили, да и по длинной гриве волос в нем признали волхва. Пусть он и был в простой холщовой одежде путника, без всяких вышитых узоров-оберегов, без костяных амулетов на поясе и груди.

Хозяин подворья, где его приютили, даже участливо спросил:

– Трудно сейчас вашим приходится?

Озар со светлой улыбкой ответил, что, мол, ничего, все, что ни случается, по воле богов происходит. Всегда идет борьба света и темных сил, и ранее такое случалось, когда небожители были в полной мощи и славе, а когда и им побороться за себя приходилось. Известно, что боги оберегают Русь от бед, и этому уже не воспрепятствовать, если, конечно, им по-прежнему верить да славить их. И если так будет продолжаться, то никакой иноземный Христос ничего не добьется в этих краях. Да и что это за Бог такой, если некогда бродил простым человеком по земле, как голытьба, и даже не смог за себя постоять, когда его схватили и казнили. Таких богов не бывает. Выдумки все это неразумные.

Хозяин вздохнул:

– Вроде ты все верно говоришь, служитель, да только опасно сейчас вести подобные речи. Особенно учитывая, что все дружинники в Треполе носят на груди крест.

– Крест носят? Что с того? – усмехнулся Озар. – Или хочешь сказать, человече, что дружинники эти не плюют через левое плечо, отгоняя Недолю злую? Или, поднимаясь на ладью, не бросают краюху хлеба водяному, чтобы не потопил их судно? Что, так и есть? Вот то-то, не забывают русичи наши обычаи, даже если охристианились. Так что наша исконная вера крепка, она никуда не делась. А все это христианское… Сегодня есть, а завтра опять требы к священным дубам люди понесут.