Хранитель печати был все время на грани срыва с того момента, как ему утром 14 августа показали пропагандистскую листовку союзников. На Императорской конференции Кидо едва мог держать себя в руках. Он поговорил с его величеством минуты две, перед тем как спуститься в бомбоубежище и принять участие в историческом событии. Затем принц Микаса, который был оплотом партии мира и использовал свое положение армейского офицера для влияния на военных, вызвал его к себе.

В полдень Кидо был приглашен к императору, и вскоре он уже стоял на пороге императорской библиотеки, горя желанием услышать, что происходило на конференции. Все еще не оправившийся от испытанного им потрясения, Хирохито внешне пытался сохранить спокойствие, но не мог сдержать слез и контролировать свой голос. Кидо, который не видел никогда прежде своего суверена в подобном состоянии, опустил взгляд и склонился в благоговении перед ним, в то время как император пересказывал ему основные моменты прошедшей конференции. 124-й император Японии сказал своему главному советнику, что он последовал его рекомендациям. Он поставил жизни своих подданных и сохранение нации Ямато выше собственной жизни, выше святости императорского дома. В этом отношении, сказал император, будущее страны находится в руках союзников.

Выйдя от императора, опытный администратор Кидо принял бразды правления от преданного слуги императора Кидо и начал отдавать необходимые распоряжения со всей своей энергией. Вместе с главным камергером и главным адъютантом он обсудил императорское послание к войскам, чтобы успокоить солдат и поддержать среди них дисциплину. Затем в 2 часа дня он имел вторую аудиенцию у императора. Его величество теперь обрел спокойствие и уравновешенность и был готов действовать. Они обсудили планы на ближайшее будущее.

В 14:49, когда Кидо выходил от императора, а генерал Анами прибыл в военное министерство, новостное агентство Домэй передало специальное радиообращение для американских слушателей. Оно было кратким. На минуту в эфире установилась тишина, и потом взволнованный голос диктора прервал обычную радиопередачу: «Срочно! Срочно! Токио, 14 августа. Вскоре ожидается оглашение послания императора о принятии Потсдамской декларации». За объявлением последовала краткая пауза. Но этих нескольких слов было достаточно для того, чтобы во всех союзнических странах ударили во все колокола.

Полчаса спустя принц Микаса договорился с Кидо о встрече, чтобы обсудить положение в армии.

Двадцать минут спустя после достигнутой договоренности Кидо вновь поговорил с адъютантом и узнал, что оба министра армии и флота лично обещали, что они будут держать войска под контролем.