Возможно, самые серьезные беспорядки произошли сразу же после того, как был назначен новый премьер-министр. Наследником Судзуки и одновременно военным министром стал 17 августа в 11:45 принц Нарухико Хигасикуни. В заместители ему дали принца Коноэ. Полагали, что он обладал подлинной властью в новом кабинете. Ведь он уже был дважды премьер-министром прежде.

Хигасикуни, имевший звание генерала, был дядей императрицы и пользовался доверием не только военных, но и двора и общественности. Он был знаковой фигурой в полном смысле слова, вокруг которой, согласно теории Кидо, соберутся все фракции кабинета.

Девять лет назад во время мятежа 26 февраля, как сообщали, Хигасикуни оставался в своем дворце, так как он был пьян. Единственному человеку, который обратился к нему в этот критический момент, он сказал: «Младшие офицеры, которые поддержали мятежников, глубоко уважают принца Хигасикуни. Они связались с ним, чтобы привлечь его на свою сторону. В таком случае вы должны оказать им самое горячее гостеприимство».

Подобное беспринципное заявление привело к тому, что к дворцу Хигасикуни были отправлены тридцать солдат и два танка, то ли в качестве предупреждения, то ли защиты. Но никто во дворец не явился.

Хирохито определенно не знал об этом частном происшествии. Два дня спустя, 28 февраля 1936 года, он так говорил о поведении принцев крови: «Такамацу проявил себя с наилучшей стороны, Титибу вел себя более подобающим образом, чем в инциденте 15 мая [1931]… У Хигасикуни здравый ум».

Назначение Хигасикуни премьер-министром в 1945 году свидетельствует о предвидении Кидо и объясняет нам механику процесса выбора нового премьера. Оно также проливает свет на положение в стране в этот жизненно важный момент. Хигасикуни рассказывает об этом так:

«Посланец от императора посетил меня 13 августа 1945 года. Мне был передан совет сменить Судзуки на посту премьера, который вскоре должен был уйти в отставку. Я отклонил эту просьбу. Я знал, что не подхожу для работы премьера. И снова император обратился ко мне на следующий день с просьбой принять этот пост. И вновь я отказался. Я сказал, что мой отец имел печальный опыт такой работы…

Потом 15 августа император пригласил меня прийти во дворец. Я отправился туда… Император строго посоветовал мне принять пост премьера. Он сказал: „Нет никого, кто согласился бы на это, да и никто не соответствует этой должности. Американские войска скоро войдут в Японию… В случае если Япония не даст ответа… союзники будут рассматривать это как тактику проволочек, попытку затянуть окончание войны; в подобном случае американские войска начнут наступление, вместо того чтобы мирно войти в Японию“. Император был очень обеспокоен этим. Он еще раз объяснил мне, что я, в качестве премьер-министра, смогу легко договориться с генералом Макартуром. Поэтому я решил пойти навстречу его просьбе, сказав, что в данном случае мне действительно необходимо пойти на это.