Во-вторых, опыт и авторитет принца Коноэ будут бесценными для нового правительства.

Кидо посетил императора в 6:30, рассказал о пожеланиях Хиранумы, который рекомендовал двух принцев в будущее правительство. Его величество поддержал усилия Кидо, и тот начал немедленно действовать.

Тем временем тысячи (некоторые говорили о сотнях тысяч) людей устремились к императорской площади рядом с мостом Нидзубаси. Они рыдали и низко кланялись, прося прощения у императора за свое непростительное поведение, за поражение Японии в войне. Некоторые тут же совершали харакири. Все люди словно пребывали в трансе. Мешались слезы и кровь, так продолжалось весь вечер и ночь.

Императорский указ оказал на армию в большинстве случаев травматическое влияние. Подполковник Масатака Ида был не одинок в своих ощущениях, он чувствовал себя выбитым из привычной колеи. Его действия, предпринятые им после выступления императора, были не более экстремистскими, чем намерения сотен его сослуживцев. В 2 часа дня он начал работать над своим завещанием, теперь уже полностью убежденный, что его первоначальная идея — массовое самоубийство всех офицеров — была наилучшей. В 5 часов он отправился домой на последний обед с женой. Там он надел новый мундир, сказал своей всегда покорной жене, что утром она должна обратиться в полицию для опознания его тела. Он был твердо намерен принести свои глубочайшие извинения императору и в смерти последовать за Хатанакой и Анами.

Ида приехал в министерство в 8:30 вечера и вошел в комнату, где лежали тела его соратников. Ида согласно ритуалу несколько раз хлопнул в ладоши, чтобы вызвать духов, и совершил медитацию перед каждым гробом.

Однако его основной целью оставалось, как он и сказал своей жене, самоубийство. Он дождался подходящего момента, когда все служащие уйдут, чтобы незаметно пройти в кабинет военного министра и покончить с собой. Но неожиданно приехал майор Сакаи. Майор, казалось, всюду следовал за Идой. Наконец он не выдержал и спросил, почему тот так поступает. Сакаи ответил, что ему приказали наблюдать за ним: «Если вы захотите совершить самоубийство, вам потребуется сначала убить меня».

Самоубийство — это одно, а убийство — совершенно другое дело. Иду раздражало упорство Сакаи, который ни на минуту не оставлял потенциального самоубийцу одного. В итоге он сдался и решил провести ночь вместе с майором в разговорах.

На следующее утро жена Иды и отец обратились в полицию, как им было сказано. В морг они не пошли. Полиция не смогла найти никого, кто по описанию походил бы на Иду. И уже только под вечер Ида явился, пристыженный, домой. Анами говорил, что из смерти может родиться жизнь, друзья Иды умерли, а ему было суждено остаться жить.