«Доблестный лорд Нельсон, гроза французов, испанцев и датчан, в данный момент, в компании сэра и леди Гамильтон, ловит пескарей в Шеппертоне».

Из газетной хроники. Ловить пескарей с друзьями гораздо приятнее, чем жить в Лондоне. Слишком много недоброжелателей у лорда Нельсона. И все, все знают о том, что великого адмирала не любит король.

Впрочем, Георг III не мог не пригласить на прием победителя при Копенгагене. Нельсон пришел. Один. Король делал вид, что не замечает его. Адмиралу это надоело, и, нарушая все правила этикета, он решил уйти. Согласно широко распространенной легенде, произошло следующее. Король поинтересовался:

– Уже уходите, лорд Нельсон?

– Сир, я действительно уходил, но теперь вернулся. Ваше Величество, должно быть, слышали о Копенгагене? Я был там.

Сам Нельсон скажет, что испытывал сильнейшее искушение ответить королю именно так. Сдержался. А история все равно отправилась кочевать по книгам…

Глава вторая Что-то мирное…

Глава вторая

Что-то мирное…

Интересная все же была в конце XVIII века в Англии демократия. Знаменитый карикатурист Джеймс Гилрей никого не щадил! Своих – прежде всего. Политики, члены королевской семьи – всем от него доставалось. И что? А ничего, продолжал спокойно рисовать и дальше.

Были у Гилрея и свои «любимцы». Главный – Чарльз Джеймс Фокс, один из лидеров партии вигов. Снова – демократия в действии. Фокс едва ли не главный критик короля Георга III, противостоит действующему монарху «на всех фронтах», по любому вопросу. Король его терпеть не может. Фокс спокойно произносит зажигательные речи в парламенте.

Ладно, а Гилрей-то отчего так невзлюбил Фокса? Гилрей ведь «из народа», а Фокс всегда «за народ». При том, что в жилах его течет королевская кровь! Фокс – внук герцога Ричмондского, незаконнорожденного сына Карла II. Вопросы «крови» карикатуриста всегда мало волновали. Гилрей хоть и рисует всех, но своя позиция у него тоже была.

Фокс приветствовал Французскую революцию, а Гилрей видел в ней угрозу для Англии. Фокс выступал за проведение парламентской реформы, а Гилрей считал ее совершенно ненужной. Ох, как же зло он высмеивал Фокса! Особенно популярны были карикатуры малопристойного содержания. Однако демократия для того и существует, чтобы карикатуры Гилрея не воспринимались как руководство к действию. Посмеялись – разошлись.