А вот французы, которых он так любил… С одной стороны, признаваться сейчас самим в любви к императору – опасно. С другой… Они не забыли о нем, но шесть лет он был где-то очень далеко, на скалистом острове посреди Атлантики. Они почти ничего не знали о «другом Наполеоне». Потом он взял и умер.

С великими почти всегда так. Чтобы вспоминать про жизнь, нужно сначала осмыслить смерть. Не такое уж и простое дело. В случае с Наполеоном – особенно. Одна из уцелевших бонапартистских газет написала: «…Его посмертная слава еще не настала, и мы даже сомневаемся, что сейчас это время пришло».

Что ж, ждать осталось недолго. И «славы», и «позора». Наполеон умер, да здравствуют легенды о нем! Он умер и теперь не может изменить ничего.

Только смерть делает человека «настоящим мифологическим персонажем». Сюжет жизни завершен – обдумывайте, додумывайте, придумывайте.

Да, он успел подарить миру свою легенду. Ту самую «историю с острова Святой Елены». Она ведь появится уже после смерти Наполеона. Знаете, что произойдет? Ее будут активно использовать все творцы «мифов» о Наполеоне. Хотел он этого или нет, императора уже никто не спрашивал.

Итак, пришло время больших легенд. Справедливости ради отметим, что «эпопея» (еще раз вспомним Шатобриана), по сути, началась еще при жизни Наполеона, в тот момент, когда император отправился в ссылку на Святую Елену. Он жив, но его… нет. Как такое может быть?!

…Простые люди никогда не забывали об императоре. Настанет время – и левые интеллектуалы скажут, что действовал-то Наполеон «всегда в интересах буржуазии». Народ, похоже, этого не понимал. Особенно бывшие солдаты Великой армии.

«Старые ворчуны», прошедшие от Лиссабона до Москвы, помнившие Аустерлиц и Йену. И совсем еще не старые «Марии-Луизы», те, кого фактически мальчишками призвали защищать Францию в 1813–1814 годах. «Пушечное мясо», говорите? Про это они тоже не знали. Наполеон для них – Бог! Даже для тех, кто верил еще и в Иисуса.

В 1816 году два ремесленника из Бове были арестованы за то, что хотели назвать своих сыновей именами Поль-Жозеф-Наполеон и Луи-Анри-Наполеон. В 1819-м некий печатник Манжен в Нанте чуть было не лишился и работы, и свободы из-за желания дать новорожденному сыну имя Наполеона.

Дети? В ту войну им играть не разрешают. Они придумывают. Изображают солдат Древнего Рима, а потом… выбирают короля. Вы же помните титул сына Наполеона? Дети!

Для них делают специальные сладости. В 1817-м арестовывают кондитера – продавал шоколадные фигурки императора.