На самом деле походы 1212 г., история которых столь затуманена позднейшими легендами, представляли собой социальное движение в религиозном облачении – и на это обстоятельство впервые обратил внимание историк-марксист Э. Вернер (ГДР). Действительно, Крестовые походы начала XIII в., именуемые «детскими», по сути, означали вспышку того же самого религиозного энтузиазма, который увлек на Восток десятки тысяч крепостных земледельцев в конце XI в. Это было тоже антифеодальное в своем существе движение, продиктованное освободительными мотивами. Неслучайно папские буллы умалчивали о событиях 1212 г., а хронисты из процветающих монастырей отзывались об участниках походов крайне неприязненно и даже враждебно. «Пустое и бесполезное дело», – писал Марбахский анналист. Он, как и некоторые другие тогдашние историки, рисует поход затеей безумцев, родившейся не по Божьему внушению, а из сатанинских помыслов. Церковные авторы инстинктивно чувствовали в движении бедняков нечто социально опасное, и в этом они не ошибались. П. Рэдс, проявивший максимум для буржуазного исследователя объективности, вынужден был признать, что крестоносцы 1212 г. – это «мятежный потенциал деревни», «резерв еретичества».

Так называемые детские Крестовые походы – одно из последних проявлений массового крестоносного исступления как превратной формы антифеодального протеста крепостного крестьянства, а гибель многих тысяч бедняков (в том числе малолетних), воодушевившихся фантастической мечтой об освобождении Иерусалима силою своей веры во имя избавления от земных невзгод, – еще одна трагическая страница в истории Крестовых походов.

6.3. Институционализация Крестовых походов

6.3. Институционализация Крестовых походов

В 1213 г. Иннокентий III возобновил призыв к Крестовому походу на Восток. Во все католические страны были направлены папские уполномоченные – легион фанатических проповедников священной войны. Тут были и самые высокопоставленные церковные иерархи (такие, как папский легат, посланный во Францию, Робер де Курсон, Жак де Витри, епископ Акры, обошедший североитальянские города, Оливер Схоластик, выступавший в западногерманских областях), и обыкновенные монахи. Папа распорядился повсюду вербовать воинство Христово.

Проповедническо-вербовочная кампания, развернутая апостольским престолом, продолжалась около двух лет. Затем в ноябре 1215 г. в Риме был созван Четвертый Латеранский собор, который принял серию постановлений принципиального характера, касавшихся организации Крестовых походов вообще. Если в XII в. фактически единственным мероприятием, официально начинавшим тот или иной поход на Восток, служила папская булла, то в начале XIII в., когда крестоносный энтузиазм на Западе заметно иссяк, в церковных верхах было решено поставить организацию этих предприятий на более прочную основу, превратив Крестовые походы в нечто вроде постоянного института.