– Меня выбил рок, – признался царь Македонии. – Я ныне побеждён…

– Это боги разрешили исход нашей битвы, – мудро рассудил раджа. – Чтобы мы не проливали крови. Мне известно, ты ныне искал не святыни, а добычи своим воинам. И коль сумел переправиться через Инд и прийти в наш мир, ты победил в сражении. Пусть каждый твой ратник возьмёт себе столько золота и серебра, сколько унесёт.

Властелин Востока озрел своё войско:

– Ты слишком щедр, раджа. Мои ратники по недомыслию лишились всего, что добыли за весь поход, и потому весьма алчны.

– Инд не отпустит и поглотит всех алчных, – заверил Пор. – И оба мы ничего не потеряем. Зато ещё две тысячи лет сюда не придёт никто из стран, где западает солнце.

Пока властелин Востока оплакивал и хоронил коня, македонцы брали то ли дары, то ли дань, то ли добычу: всё было непривычно и чудно за рекою Индом. Перед боевым строем, на бранном поле, велением раджи было насыпано две горы – серебра и золота. И каждый македонец мог подойти и взять, сколь сможет унести. Воины Александра гребли сокровища руками, набивали их в сумы, кошели, колчаны и карманы, а алчные так клали в рот, зажимали в кулаках и в тот же час бежали к переправе. Так на ристалище, где не пролилось и капли крови, не осталось ни одной монеты.

Однако на берегу Гидаспа, соизмерив тяжесть ноши и грозность потока, лишнее отсыпали. А кто не в силах был соизмерить эти две стихии, того поглотили волны.

И скоро у переправы вновь выросли две горы сокровищ – лишь малую толику можно было перенести через стихию, разделяющую два мира.

А то и вовсе одну лишь жизнь.

Зато потом было сказано много слов и сказов об Индии, о том, что видел и сколько серебра и злата подержал в руках…

Послесловие

Послесловие

Знак – смерть коня, а более переправа через Гидасп вразумили царя вернуться и воевать Середину Земли, все города и страны, где западает солнце. Оставляя покорённые земли под надзором сатрапов, он двинулся назад полуденными землями, морем и сушей, дабы к зиме поспеть в Вавилон. Там он мыслил собрать войско из покорённых варварских народов, построить корабли и следующим летом двинуть на Рим, где уже возвели Капитолий и пытаются добывать Время.

Воины шли за ним с охотой, думая, что царь ведёт домой, в Македонию. Обозы растянулись на сотни стадий: скрип телег и вздыбленная пыль устрашали всякого, кто мог смотреть и слышать. И толковали разное, однако сквозь гомон голосов, как мелодия ветра в пустыне, всё чаще слышалось завывание: мол, властелин Востока, покорив все земли, сам обратился в варвара и теперь идёт, чтобы предать огню весь просвещённый мир. Слух этот достиг ушей Рима, вызвав переполох: в ту пору на земле был единственный полководец, способный вести Запад на Восток, а Восток на Запад, супротив и по пути солнца, ибо сам был его сыном.