Раджа Пор уже изготовился сразиться с римскими легионами, со стаями волков, вскормлённых молоком волчицы, но, позрев, что на него идут македонцы, восторжествовал. Ещё юным он побывал на Гранике, потом взматеревшим под Иссой и, наконец, под Гавгамелами и знал супостата, как знаются ловцы со львом: кто ловчее, тому и будет шкура.

Стремительный и полноводный Гидасп встал препятствием, словно потрафляя решимости македонской рати: горную весеннюю реку шириною в четыре стадии было не одолеть вброд, тем паче с ходу. А видеть супротивника и ждать при сём, когда вода спадёт, несносно! Разослав гонцов во все концы, Александр собрал речные суда, рубил дерева и вязал плоты, воины набивали сухой травой кожаные мешки, однако переправить все полки единым духом, с оружием, лошадьми, припасом было невозможно: даже с малыми отрядами лучников Пор успевал бы истреблять всех, кто приблизится к берегу на полёт стрелы, ну а копейщики бы довершили дело с теми, кто на него ступит. К тому же бурный приток Инда добрую треть пловцов поглотил бы сам, выставив на путях бесчисленные подводные камни, на которых всякое судно или плот опрокидывало и разбивало бы в щепки.

Сама земля, стихия её естества хранили индов от нашествий, как и красная пустыня окрест Синего моря! И власть властелина Востока здесь обрывалась, как нить у неумелой пряхи. Только тут приоткрылась суть, отчего персидские цари и их воитель дерзкий Дарий, покорив многие народы Востока, не пошли за Инд и даже не помышляли идти на раджей. А все они знали о бесчисленных сокровищах их необъятной страны!

Река казалась непреодолимой даже для македонцев, у которых любимым праздником был день Купалы. Водная стихия разделяла два мира, как разделяет воздушная стихия земную твердь и хлябь небесную, человека и звёзды. И таким же манящим, притягательным был тот, иной, берег!

Как и на переправе через Геллеспонт, царь Македонии встал перед Гидаспом и ждал знака богов, ибо без их высочайшей воли не одолеть преграды.

И знак сей был ему явлён!

Раджа Пор, позрев на македонцев, отвёл свои полки на сорок стадий вглубь и там стал строить боевые порядки. Мало того, убрал дозоры так, словно приглашал к нескорой и безопасной переправе! Наученный коварными ловушками персов, царь ещё несколько дней стоял, засылая лазутчиков, но супротивник проявлял неслыханное благородство или крайнюю беспечность. Тогда Александр и отважился пойти на противоположный берег, решив, что слава непобедимости его полков очаровала индов, как пустынный удав чарует свою добычу.

И следовало перемахнуть бурный Гидасп, покуда чары цепенят супостата!