То был капитан Конолли, и кто-то из его команды говорил нам потом на берегу, что зонтик этот служил ему личным опознавательным знаком. Вот потому-то мы и не прикончили его тогда вместе с его субмариной. А сам он сообщил нам, когда мы оказались рядом, что рискнул этой ночью подойти слишком близко к берегу, после чего за ним немного погонялись эсминцы, и он был вынужден лечь на дно, где слышал, как три или четыре крупных корабля прошли прямо над ним. Он указал координаты этого места, и мы постерегли его, пока он не закончил подзарядку, после чего он погрузился и ушел в подводном положении, добавив напоследок, что ближе к берегу туман еще гуще, но там явно что-то происходит.

Ну, мы и двинулись дальше по наводке Конолли... Да, и еще: артиллерист Джосса вечно похвалялся тем, что в его башке хранятся силуэты всех немецких судов, и клялся, что лодка Конолли с виду была точной копией какой-то их чертовой субмарины. Потому якобы он и стрелял. Джосс тогда спустил с него шкуру, что, впрочем, никак не повлияло на то печальное обстоятельство, что у нас осталось всего по одной торпеде... Затем Джосс круто повернул к берегу, а я заметил в носовой волне отблеск чего-то похожего на рога мины; но это оказались лишь три или четыре пустые бутылки из-под немецкого белого вина, а мы его в море почти никогда не пили.

Мистер Рэндольф и мистер Гэллап улыбнулись. В мире было не так уж много напитков, не знакомых жителям острова Святого Стефана — будь они в бутылках, бочках или на разлив.

Капитан продолжал:

— Затем Джосс попросил меня подойти поближе и, так сказать, «подержать его за руку», потому как он нервничал.

Тут капитан принялся объяснять, как при правильном распределении кранцев[108], умелом рулевом на вахте и относительно спокойном море миноносцы некоторых типов могут некоторое время идти борт о борт. При этом их капитаны могут вести вполне конфиденциальный разговор. Закончил он словами: «Мы состыковали наших старичков, как пару сампанов».

— Вы, молодежь, считаете, будто сами изобрели навигацию, — заметил адмирал. — А у кого вы украли свои кранцы?

— Не мы, а один дружок Чиддена в порту, сэр. Он был самым прожженным вором среди капитанов третьего ранга. Торпедные катера береговой охраны — не лучшая школа... Так мы и продолжали путь — мостик к мостику, — беседуя в свое удовольствие. Джосс, между прочим, заявил, что эти винные бутылки и большие корабли, которые прошли над Конолли, вызывают у него некоторые подозрения. Мы шли по мелководью, более или менее учитывая направление течений. Но не особо спешили, и незадолго до заката заметили на воде очередную стайку винных бутылок. Майк засек их первым. Он обычно тыкался своим маленьким носом мне под подбородок, если ему казалось, что я что-то упустил.