Второй помощник уставился на меня в смятении.

Дополнительное распоряжение: «Если кто-то собирается спать, убедитесь, что загубник на месте».

«Целую вечность не пользовался этой штукой» — услышал я бормотание боцмана через дверь.

Патроны с углекислым калием… Это все поставило на место. Нам еще долго ждать — не будет роскошного рассвета для нас, не сегодня. Второй помощник ни разговаривал, ни улыбался. Приказ не нравился ему так же, как и мне. На его часах я рассмотрел время: было 5 часов утра.

Я проковылял снова в корму и прошлепал по воде через центральный пост. Атмосфера была угрюмой. Прощайте все наши надежды всплыть на поверхность до рассвета. Приказ дышать через патроны с углекислым калием изгнал все предположения подъема до возвращения темноты. Я струсил при мысли о еще одном целом дне на глубине. У персонала машинного отделения будет много времени, чтобы привести свои апартаменты в порядок. Нет нужды спешить, по крайней мере сейчас.

Я нервно порылся в головах своей койки и вытащил дыхательный патрон, прямоугольный металлический сосуд размером с две средних коробки для сигар.

Другие обитатели кубрика старшин уже привинчивали воздушные трубки и зажимали зубами резиновые загубники. Цайтлер, который был медленнее остальных, исступленно ругался.

У Пилгрима и Кляйншмидта изо ртов уже высовывались серые шланги. Я надел зажим для носа, заметив при этом, что мои руки дрожат. Я осторожно вдохнул воздух через патрон, почти заинтересованный — что же это такое будет. Воздух из сопла имел ужасный резиновый привкус, а клапан загубника трещал при выдохе. Что-то не так, судя по звуку. Быть может, я дышал слишком сильно? Я заставил себя вдыхать и выдыхать более равномерно, медленно и спокойно, надеясь, что привкус резины уменьшится.

Резервуар доставлял неудобство. Он весил по крайней мере килограмм и болтался у моего живота, как лоток билетерши. Его наполнитель предназначался для поглощения выдыхаемой нами двуокиси углерода, или по крайней мере столько ее, чтобы в воздухе, которым мы дышали, содержание не превысило бы четырех процентов. Больше этой цифры было уже опасно. Мы могли задохнуться от продуктов своего собственного дыхания.

На сколько еще времени хватит кислорода? Автономность подлодок проекта VII–C оценивалась в трое суток, так что наши воздушные баллоны должны содержать достаточно кислорода для трижды по двадцать четыре часа — не считая краткой отсрочки благодаря баллончикам, входившим в состав нашего спасательного снаряжения.

Если бы только Симона могла видеть меня в таком виде, со слоновьим хоботом и коробкой на животе…