Если Анна и знала хотя бы половину из того, в чем обвиняли ее мужа, она сумела сохранить самообладание. Для нее все уже было решено бесповоротно. В отличие от своей тезки, великой княгини Анны Федоровны, не сумевшей смириться с характером и привычками супруга, Анна Павловна не собиралась бежать домой. Она погрузилась в дела, которые понимала лучше всего. Следуя примеру матери, занялась устройством благотворительных и учебных заведений. Она открывала приюты, больницы, школы. Политические дела королевства ее не интересовали, но с родными в России Анна постоянно обменивалась письмами. Императрица Мария Федоровна звала ее в гости, но принцесса Оранская что ни год оказывалась беременной и совершить поездку никак не могла – следом за старшим сыном родились еще трое, причем последний из них оказался тяжело болен. Этому мальчику современные врачи поставили бы диагноз гидроцефалия, и промучился он всего пять месяцев. Анна тяжело переживала это, к тому же незадолго до рождения третьего сына они пережили настоящий кошмар: сгорела королевская резиденция. Все, что принцесса Оранская привезла из России, было безвозвратно уничтожено.

Семья поспешила на помощь – все необходимое, включая утраченные украшения, было тут же прислано в Брюссель. А в 1824-м, вскоре после рождения дочери, Анна все-таки решила съездить домой. Официальный визит нидерландского престолонаследника с супругой обставили с максимальной пышностью. И, конечно, мать снова не хотела отпускать дочь от себя. Планировали приезд на несколько месяцев, а вернулись в Нидерланды год спустя! Если бы Анна задержалась в России еще чуть-чуть, она успела бы проститься с братом. Но вышло по-другому – уже в Брюсселе она узнала, что Александра I не стало. На похороны Виллем поехал один.

Огорчения Анне Павловне доставлял и ее старший сын, «настоящий остолоп» – по признанию его кузины, великой княжны Ольги Николаевны Романовой. Во время визита в Россию юный принц Виллем настолько дурно себя вел, что никто из детей императора Николая I не хотел с ним играть: он мог рассыпать иголки, о которые кололись другие, вылить чашу холодной воды на голову ребенка. Разозлившись однажды, он бросил болонку в лицо одной из воспитательниц княжон, за что император посадил его под домашний арест ровно на сутки. Жалобы, адресованные отцу этого мальчика, ни к чему не привели. «Принц Оранский признался, – записала великая княжна Ольга, – что ничего не понимает в воспитании, но противится всему, что в этом отношении решала его жена. Супруги жили несчастливой семейной жизнью». Какая яркая деталь!