Если посмотреть на дату, когда Доу написал портрет наследницы английского престола, то есть на 1817 год, то нужно признать: в то время русские аристократки уже серьезно увлеклись традиционной модой. В том же самом 1817 году по заказу княгини Марии Барятинской был написан ее портрет в… синем русском сарафане[70]. Открытый протест против западной моды!
Нужно признать – еще Екатерина II периодически облачалась в сарафан и кокошник на торжествах. То, с чем активно боролся Петр I – традиционное платье, – вернулось на балы и маскарады каких-то сорок лет спустя после его смерти. А затем, в царствование Николая I, и вовсе стало придворным костюмом. Именно при нем в 1834 году была утверждена парадная «форма» для торжественных выходов. Фрейлины императрицы должны были появляться в алых сарафанах на русский манер, а сама супруга государя, императрица Александра Федоровна, щеголяла на приемах в огромных стилизованных кокошниках.
Эти драгоценные кокошники изумляли иностранных гостей. Во-первых, фасоном, во-вторых, роскошью. Астольф де Кюстин, побывавший в нашей стране в царствование Николая I, так отзывался о головных уборах русских знатных женщин:
«Голову их венчает убор, похожий на… крепостную стену из богато разукрашенной ткани или на невысокую мужскую шляпу без дна. Этот венец, высотой в несколько дюймов, расшитый, как правило, драгоценными камнями, приятно обрамляет лицо, оставляя лоб открытым. Самобытный и благородный, он очень к лицу красавицам, но вредит женщинам некрасивым».
«Голову их венчает убор, похожий на… крепостную стену из богато разукрашенной ткани или на невысокую мужскую шляпу без дна. Этот венец, высотой в несколько дюймов, расшитый, как правило, драгоценными камнями, приятно обрамляет лицо, оставляя лоб открытым. Самобытный и благородный, он очень к лицу красавицам, но вредит женщинам некрасивым».
Императрица Александра Федоровна, урожденная прусская принцесса, располагала целой коллекцией таких кокошников – до того огромных, что они кажутся нам сейчас элементом бутафорского костюма. Во время парадных выходов придворные дамы были облачены в костюмы, расшитые золотом и серебром, сшитые по определенному фасону и из строго обговоренных материалов. У фрейлин, как правило, это было ало-золотое или ало-белое платье. Костюмы императрицы и великих княжон могли отличаться по цвету, но тоже были стилизованы под традиционный наряд. А позже появились и ювелирные украшения, выполненные в русском стиле.
Драгоценные кокошники ворвались в ювелирную моду еще в XIX столетии и прочно утвердились в ХХ веке. Не в последнюю очередь благодаря династическим бракам Романовых – выезжая с приданым в новые земли, великие княжны привозили с собой ларцы с драгоценностями. Разумеется, им хотели подражать! На портрете Ивана Крамского, запечатлевшего молодую императрицу Марию Федоровну (в девичестве – датскую принцессу Дагмар), можно легко разглядеть драгоценный головной убор, очень напоминающий кокошник. Эта великолепная тиара позже была утрачена и сохранилась только на портрете и на фотографиях, но стиль узнаваем. Позже, в 1888 году, родная сестра Марии Федоровны, английская королева Александра, получила в подарок зубчатую бриллиантовую тиару, которая была… практически копией украшения ее сестры!