— Да.

Дину протянул ему черуту и чиркнул спичкой.

— Почему ты здесь? — спросил Арлджун.

— Меня попросили прийти. Я живу в деревне… недалеко отсюда. Там услышали, что твои люди направляются в их сторону. Жители обеспокоены.

— Им не о чем беспокоиться, — сказал Арджун. — Мы стараемся держаться подальше от местных. Мы с ними не воюем. Можешь передать им, что они в безопасности, по крайней мере, от нас.

— Они будут рады.

Арджун затянулся и выпустил через нос струю дыма.

— Я слышал про Нила, — сказал он. — И сочувствую тебе и Манджу.

Дину жестом выразил признательность.

— А что с твоей семьей? — спросил Арджун. — У тебя есть какие-нибудь новости? О Манджу? О ребенке?

— За последние три года я ничего не слышал, — ответил Дину. — Они некоторое время жили здесь… после смерти Нила… в том же месте, что и я сейчас… со старыми друзьями семьи. А потом направились в Молейк, чтобы попытаться пересечь границу… С тех пор о них ничего не слышали… ни о матери, ни об отце… ни о ком.

Дину откашлялся и продолжил.

— А ты слышал про Элисон… и ее деда?

— Нет, — прошептал Арджун. — Что случилось?

— Они ехали из Морнингсайда на юг… машина сломалась, и они наткнулись на японцев… обоих убили… но она выстрелила в ответ.

Арджун закрыл лицо руками. По ритмичной дрожи в его плечах Дину понял, что он плачет. Теперь Дину чувствовал к Арджуну только жалость. Он подвинулся и обнял его за плечи.

— Арджун… Перестань… Это не поможет…

Арджун яростно мотнул головой, словно пытаясь пробудиться от кошмара.

— Иногда я гадаю, закончится ли всё это.

— Но, Арджун… — Дину удивился нежности собственного голоса, — Арджун… ты ведь сам… сам к ним присоединился… по собственной воле. И всё еще продолжаешь сражаться. Даже после того как японцы… Зачем? Ради чего?