— Валиди и особенно Чокай, так сказать, в орбите «Интеллидженс сервис». Боюсь, они заупрямятся, — заметил Усман Ходжа.

— Хорошо, пойдем вместе, и я скажу им пару слов на ушко. Ха, разве они устоят? Надо кончать! И потом… такое очаровательное создание!

Последние слова он произнес у двери и исчез за портьерой. С минуту стояло молчание. Блаженное состояние расслабленности у Моники не проходило. Вдруг она встрепенулась. Ее поразил и вывел из полузабытья взгляд советника.

Дальше произошло совершенно неожиданное. Молодой человек вдруг стал перед ней на колени, осторожно взял ее руку и поцеловал. Моника даже не успела запротестовать.

— Не бойтесь. Я целую вам руку не потому, что вы принцесса. Я отдаю дань вашей неземной красоте. В юности я мечтал о богинях. Я думал — на греческом Олимпе были такие богини. Вы прекраснее! На вас можно только молиться. Еще немного, еще мгновение позвольте смотреть на вас.

Он вскочил с колен и потянул с софы Монику, ошеломленную, очарованную.

Молодой советник был молод, красив, правда, несколько приторен. Но и приторная красота может привлекать. «Хорошенький мальчик», — подумала Моника, и она почувствовала к нему расположение и доверие.

— Ни слова! — говорил он, беря ее под локоть. — Ни слова! Эти ужасные люди. Барону нельзя верить! Он… он отвратительно поступает с молоденькими девушками, даже с… принцессами… А вы слишком прекрасны даже для принцессы. Он… с вашей матерью. Я не могу, не смею вам сказать. И теперь вы. Это ужасно. Пусть мне будет плохо. Идемте. Где же ваши друзья? Идемте к вашим друзьям. Конечно, у вас есть друзья. Здесь? Где они? Барон сейчас вернется.

Он вывел Монику из гостиной и, бережно поддерживая, провел в сумятицу большого зала, полного гостей. Он дрожал от ее прикосновения. Словно в тумане, девушка вдруг нашла в толпе гостей мисс Гвендолен… Точно кролик под змеиным взглядом, так и опираясь на руку советника, Моника подошла к своей менторше, ожидая неприятной сцены.

Но Моника ошиблась. Холодные глаза мисс Гвендолен не видели ее. Да и как могло быть иначе. Молодой оливковый египтянин восторгался: «Ловцы жемчуга Бахрейна не найдут в море Ормузда таких жемчужин, которые сравнились бы с вашими зубками».

Мисс Гвендолен заметила Монику, лишь когда мистер Эбенезер зашипел:

— Где вы пропадаете, черт возьми? Благодарю вас, господин советник! Вы очень любезны.

Уже в карете он учинил Монике разнос. Она попала в лапы ротшильдовской шайки. Этот красавчик советник — человек барона, способный на всё. О чем с Моникой говорили? Что она им обещала?