Чуть пожав плечами, Сахиб Джелял взглянул на неподвижное, как всегда, лицо доктора Бадмы. Странное многословие! Похоже, что вождь вождей оправдывался.

Все смотрели вниз. Там, в глубине, вся в молочной пене бесилась и прыгала снежным барсом река Мастудж. Оставалось лишь удивляться, как он мог спуститься туда к воде по отвесным скалам. За нуждой и на дно океана, говорят англичане.

— Такое несчастье! Кто и зачем повредил овринг? — удивился Сахиб Джелял.

— За овринг мне ответит царь Мастуджа, — жестко ответил Пир Карам-шах.

— А кто вернет жизнь человеку? — грустно заметил Сахиб Джелял.

Но Пир Карам-шах уже не слушал. Он вскочил легко на коня и ускакал в сопровождении своих гурков по тропе в Мастудж, сиявший ранней зеленью своих садов высоко в разрывах седых облаков на горе.

Когда Сахиб Джелял и доктор вернулись во дворец, им сообщили, что вождь вождей уехал.

Все эти дни в селении Мастудж проживал бухарский коммерсант Молиар. Правда, он ничем не проявлял себя. Вел себя скромно, неназойливо.

Приехал Молиар во дворец на своем белом коньке с хурджуном за седлом. Он собрался, по его словам, в дальний путь. Он пил чай с Сахибом Джелялом, а затем плотно пообедал на дорогу.

— Человеку и коню в пути хорошо, когда оба сыты, — сказал он. — Всем сообщил, что еду в Кашгарию закупить сотен пять коней. Ехать далеко, а ехать надо быстро. Мой Белок бежит быстро по горам, когда сыт и когда подковы прикинуты хорошо.

— Сколько займет поездка? — спросил Бадма. — На перевалах еще много снега. Сегодня к ночи следует ждать бурана.

— Боже мой! Подумаешь, буран, — важно сказал Молиар, и его густые брови сошлись на переносице. — До полуночи пройду перевал Зибак. Белок бежит быстро. До утра я передохну в Приюте странников. Очень хорошая, очень удобная пещера. В ней есть и котел и чайник. И вязанка хвороста местными горцами принесена. Из пещеры хорошо видна долина. Прежде чем ехать дальше, придется смотреть, где стражники. Думаю, стражники на время бурана забьются в хижины жителей долины, а мы на рассвете проберемся к переправе. И Белок белый, и чалма у нас белая, и халат из добротной белой шерсти белого верблюда.

— Стражники вас не задержат. У вас же есть пропуск.

— Кто их знает, что у начальника-карнейля в голове. Мы уж лучше бочком-бочком мимо стражников. Сегодня у нас понедельник. В среду я после заката солнца моему Белку надену торбу с памирским ячменем.

— Сто пятьдесят верст, — заметил Сахиб Джелял, — подъем тяжелый, буран, стужа, бурная стремнина реки. Вы хвастун, Ишикоч, со своим колченогим ослом, именуемым Белком.