…В этой главе нашей книги мы хотели рассказать о проявлениях характера царя Александра Александровича не столько как правителя, сколько как человека среди людей. Но жизнь человеческая являет внимательному взгляду такую большую многогранность, что, рассказывая о ней, осознаёшь смысл рассмотреть как можно более таких граней. Именно это позволит понять человека и полней, и лучше.

И если у малых людей мира сего такие грани менее рельефны и менее численны, то у людей значительных таковая содержательность и велика, и многообразна. И внимание биографа не должно пройти мимо даже, казалось бы, вполне второстепенных уголков изучаемой действительности. Одним из этаких «уголков» жизней людских (а в их числе и жизней царских) является домашняя повседневность, и решимся сказать, что в её числе и личное домашнее хозяйство.

Мы решимся утверждать, что у царей оно тоже есть, и что его ведение и весь его характер тоже способны многое сказать о его обладателях. Так как вёл своё домашнее «хозяйство» великий всероссийский Хозяин?

Домашнее хозяйство

Домашнее хозяйство

В своей книге об Императоре-Хозяине мы нередко возвращаемся к некоторым уже сказанным суждениям, и, должно быть, это неизбежно, ведь перед нами образ не частного человека, а правителя величайшей империи того времени. А коли это так, то нам следует прослеживать проявления этой личности как в делах общероссийских, так и в делах частных. Вот и сейчас, обращаясь к хозяйствованию личному, нам следует начать с общественного.

Пожалуй, нам не миновать суждения С. Ю. Витте, называвшего этого императора «образцовым начальником, образцовым хозяином, который берёг каждую копейку русского народа, как самый лучший хозяин не мог бы беречь».

Такая бережливость была свойственна Александру Александровичу и в своей личной жизни. В ней личный обиход был не по-царски скромным, здесь во всём проявлялись простота привычек и умение быть экономным. Все близкие единодушно отмечали, что в таком повседневном поведении не было назидательной демонстративности, простота всегда оставалась вполне естественной для этого правителя. Даже для придворных выходов он не признавал богатых и пышных одежд, чаще всего это был обычный мундир с очень ограниченным числом наград.

Если его отец имел явную слабость к «коллекциям» мундиров и сюртуков и подлинно наслаждался их изящным многообразием, то Царь-Хозяин преимущественно носил одно и то же, и основательно занашивал своё платье. А в домашних условиях был и вовсе прост, а из верхней одежды обходился обыкновенной тужуркой. Его непритязательность в одежде многих удивляла.