– Его любила, знаю, – Самида прижала девушку еще крепче. – Знаю, милая, знаю.

– Беверли, – рука отца мягко легла на плечо дочери. – Пойдем, дорогая.

Девушка нехотя отстранилась и встретилась с взглядом мистера Монгроува, полным сожаления. Затем она обратила взор на собравшихся вокруг этой сцены зрителей и заставила себя улыбнуться.

– Госпожа Самида, – сказала она уже чуть громче, – вы не окажете мне честь, поприсутствовать в церкви? Так мне будет казаться что…, что…

– Мы будем рядом, – сквозь наворачивающиеся слезы кивнула женщина. – До конца.

Никто кроме самой Самиды и девушек, не понял смысла этих слов, но в душе у Беверли все перевернулось. Если бы не это платье, все эти гости и обещание не плакать, данное самой себе, она бы рухнула прямо здесь на землю и дала волю рыданиям на руках у этой женщины, не меньше ее тоскующей по Сайрусу. Вместо этого она кивнула и направилась к отцу.

Беверли медленно шла по проходу, опираясь на руку мистера Монгроува. Рой стоял в конце ее пути, как бы двусмысленно это не звучало. Девушка смотрела в его лицо, которое знала с детства, и понимала, что оно совсем чужое. Они даже не дружили, просто долгие годы знали друг друга. Она почти ничего не знала о нем, ну, кроме того, что открылось в последнее время. Рой тоже никогда не интересовался ею, ее увлечениями, интересами, мыслями. Девушка давно поняла, что их брак был бы формальным, но ее муж смог бы продолжить вести ту жизнь, что у него была, а она нет. Этот брак был ему в тягость, но и Рой не смог пойти против воли отца.

Девушка украдкой посмотрела на несчастное лицо мистера Монгроува, который хорошо понимал, что проживает сейчас его дочь и сжала его руку, вынуждая посмотреть на нее. Ей ужасно хотелось подбодрить его, дать понять, что она справится, что она и сделала. Ее семья, за исключением Кортни, не знала о заклятье. Беверли хотела, чтобы они не страдали так долго, зная о близкой смерти дочери. Поэтому столь редкая улыбка на лице отца, согрела душу.

Мистер Монгроув подвел девушку к жениху, и она вложила свои холодные руки в его ладони. Рой не сводил с нее глаз, словно увидел впервые. Ему потребовалось долгих несколько секунд для того, чтобы опомниться и развернуться вместе с будущей женой к святому отцу.

Речь венчавшего их священника была монотонной, если не сказать скучной и Беверли начинала ощущать усталость. Ноги стали подкашиваться, а биение сердца замедлилось.

Внезапно двери церкви резко распахнулись, и сильный ветер принес с собой пыль и листья. Гости ахнули и вскочили со своих мест. Беверли увидела, что на улице все потемнело, словно надвигалась гроза. Неосознанно девушка поежилась, предчувствуя беду. Три мрачные фигуры в черных плащах, возникли на пороге. Беверли ощутила колючий мороз на коже и непроизвольно схватилась за шею.