Двое из пришедших остались в дверях, а третий медленно двинулся к ним. По дороге мужчина снял капюшон, и девушка увидела под ним человека, которого итак узнала.

– Добрый день! – своим скрипучим неприятным голосом поздоровался придворный маг. – Прошу прощения за бесцеремонное появление, мистер Левенсви.

– По какому праву вы вламываетесь на свадьбу моего сына? – спросил Ричард, выходя из толпы растерянных гостей. – Да еще и своих ищеек прихватили. ВЫ пугаете моих друзей.

– Долг перед королем и занимаемая должность обязывают меня, – строго сказал Седрик. Он посмотрел на Беверли и не смог скрыть удивления. – Мисс Монгроув?!

Девушка не стала здороваться, чувствуя, как гулко забилось ее сердце, а она уже думала, что оно на это не способно. Мужчина подошел ближе и, нахмурив брови, покачал головой. Следующие слова он произнес тихо, только ей одной.

– Разве не говорил я вам, чтобы вы лучше выбирали себе друзей? Посмотрите к чему, в итоге, мы пришли? – в голосе его сквозило обманчивое сочувствие, но Беверли оно казалось снисходительным. – Ваш «друг» впутал вас в сомнительные дела, результатом которых стало, насколько я вижу, заклятье грязной крови. Как много вам осталось? Кожа, волосы и потухший взгляд говорят мне о том, что сутки, может чуть больше. А где же ваш приятель? Снова вышел сухим из воды?

От его слов, сердце Беверли сжалось, но отвечать она снова не стала.

– Несмотря на ваше состояние, я обязан выполнить свой долг, – прошептал он, а потом развернулся к гостям. – Мисс Монгроув, вы арестованы за измену перед короной. Вы обвиняетесь в пособничестве преступнику, краже, причинению вреда здоровью и колдовстве!

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ, В КОТОРОЙ ДЫХАНИЕ СМЕРТИ ХОЛОДИТ ДУШУ…

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ТРЕТЬЯ, В КОТОРОЙ ДЫХАНИЕ СМЕРТИ ХОЛОДИТ ДУШУ…

Беверли сидела на жестком тюфяке, который давным давно свалялся и чуть ли не окаменел. Она подобрала под себя ноги, пытаясь согреться. И дело было вовсе не в том, что в этой темнице холодно и сыро, хотя так оно и есть. Девушка испытывала странное чувство дежавю, словно бывала здесь и не раз. Возможно, это было то самое место, в котором заклеймили Амира, а может просто одно из многих так похожих одно на другое. Беверли сидела так довольно давно, сутки, может больше. Она никак не могла забыть лица гостей, приглашенных на свадьбу, которая так и не состоялась. Слова, сказанные Седриком, уничтожили и без того шаткую репутацию ее семьи. Когда ее вели по проходу в церкви, Беверли не осмелилась посмотреть на маму, а отец порывался вмешаться, но девушка в отчаянии дала понять, что этого делать не стоило. Самида успела коснуться ее рукой, изо всех сил сдерживая слезы, прежде чем девушку посадили в закрытый экипаж.