– Вы довольны? – устало спросила Беверли.

– Более или менее, – снова пожала плечами она.

Беверли смотрела на мисс Лич и никак не могла понять, стоит ли богатство и власть загубленных жизней. Эта девушка смотрела на несчастную умирающую и не выказывала и тени сожаления. Ей было не жаль Беверли. К тому же, она проделала долгий путь и приехала в Салсор, чтобы лично рассказать ей об этом. Что это? Тщеславие? Желание, чтобы ее ум и находчивость оценили по достоинству?

– Чего же вам еще не хватает? – спросила Беверли.

– Этот скандал немного омрачил сегодняшний день, но он вскоре забудется, – девушка надела капюшон и расправила складки плаща. – А еще, мне бы очень хотелось, чтобы мистер Баркли был сейчас здесь и тоже ответил за содеянное.

Беверли хотела сказать, что Сайрус уже за все заплатил, но не стала. Она чувствовала такую чудовищную усталость, что говорить больше вообще не хотелось.

– Что с моей семьей? – этот вопрос слетел с губ сам собой и как ни странно, Сесилия отнеслась к нему с пониманием.

– Я знаю только, что мистеру Левенсви пришлось попросить их освободить гостевой дом, – эти слова заставили Беверли прикрыть глаза и подавить вопль, рвавшийся из горла. – Куда они направились мне не известно.

Девушка сжала кулаки, удерживая в пальцах ненавистные кружева подвенечного платья. Вина обрушилась на нее всей своей чудовищной тяжестью, не имея жалости. Куда могли пойти ее родители? Что с ними будет? Она окончательно разрушила будущее Кортни, покрыв свою семью несмываемым позором.

– В знак благодарности за ваш визит, я постараюсь предостеречь вас, – негромко сказала Беверли. – Я боюсь, мисс Лич, что вы пока не осознаете, насколько сильно просчитались. Придет день, и мы с вами можем поменяться местами, ведь это именно вы в сговоре с предателем и убийцей.

Всего на одно короткое мгновение Сесилия застыла, похоже, ощутив уверенность Беверли, но потом снова нацепила самоуверенную маску и вышла из темницы.

Часы потянулись для Беверли бесконечно, в мыслях о судьбе ее семьи и муках, дарованных заклятьем. Она молила господа о том, чтобы ее родители нашли пристанище, а смерть не заставила себя долго ждать. Голова закружилась, и девушка легла на тюфяк, подтянув колени к груди. Слезы текли сами собой из распахнутых глаз, которые устремились в потрескавшийся потолок.

Девушке показалось, что приходил Седрик, но может это были только игры ее болезненного разума? Если он и правда приходил, то сказал ей, что утром состоится казнь, на которой настоял Джекоби Крайм, король всего Кармифола, презирающий использование темной магии. Седрик перечислил ей все обвинения, но она их и сама знала, а потом добавил прямо в ухо, шепотом: