– Вон справа от тропинки стоит насос, – показал рукой Володя и, топнув ногой, продолжил: – Воды здесь под песком – море. Холодная и вкусная. Ею и поливаем.

– Но песок надо удобрять.

– Хохол прорастет даже на камне, – горделиво поднял голову Бодня. – Даже если этот камень в Сахаре.

– А если на необитаемом острове?

– Где хохол смеется, там англичанин плачет, – догадливо рассмеялся Бодня. – У Робинзона что, сунул палку – на другой день выросло дерево. Пойдемте знакомиться, моя жинка приготовила завтрак.

Ольга, полная, с красивыми седыми волосами в синем с белым горошком халате, уже хлопотала на кухне. Она приветливо поздоровалась, открыла шкаф, достала кастрюли и сковороду.

– Готовить будите здесь, – певучим голосом сказала она. – Если что надо, спрашивайте. Я подскажу.

На вид Ольге было лет шестьдесят, была она полной, спокойной и улыбчивой, глаза у нее были молодыми и говорили о ее природной живости. Рядом с нею Володя Бодня выглядел потертым, но все еще шустрым петушком.

Позавтракав, Варя сказала, что пойдет на море. Володя тут же вызвался показать дорогу.

– У меня такое правило, – сказал он. – Идти здесь недалеко, чуть больше километра. Не заблудитесь. Но лучше я покажу.

Говорил он, как и шел, быстро, перескакивая с одной темы на другую, но довольно складно при этом взмахивал руками, и со стороны можно было подумать, что Володя, как орел, хочет взлететь над этой утренней сухой степью. Сейчас девушка с жадностью вглядывалась в нее, вспомнила вчерашнюю ночь, звезды, темень, бегущего волка. Сейчас здесь все было по-другому. Степь еще не совсем отошла ото сна, хотя все живое уже давно радовалось солнцу, теплу и торопилось до жары почиститься и прибраться, воздух был пропитан запахами чабреца, хвоща, зверобоя и горьковатым запахом полыни, все, что росло, было щедро удобрено песком, но однако он не мешал живому, но как бы напоминал, кто здесь, на этой косе, хозяин.

– Местных жителей с легкой руки одесситов прозвали халатами, – сообщил Володя. – А дело было так: как-то в сельмаг завезли вельветовые халаты. Практичные хуторские жiнки нахватали их впрок и, собираясь в город, надевали на себя сразу два халата. Один для выхода, другой для работы. Раньше здесь, на косе, были целые плантации клубники. Ее корзинами возили в Николаев и Одессу. Рано утром прилетал вертолет, садился на высохшее соленое озеро, что напротив церкви. Через час клубнику уже продавали на одесском Привозе. Хорошо зарабатывали. Сейчас вертолет не летает. И отдыхающих стало меньше.

– А из России приезжают?

– Приезжают, но раньше приезжало поболее.