XVI

Донсков с Луговой нашли Павла Комарова. Без сознания, но целого. Медведь его не тронул. Километрах в трех от приземления Павла Комарова чуть позже спасатели подобрали Руссова. Купол парашюта попал на очень высокое дерево, и он повис на стропах вниз головой. Кроме царапин от сучьев, на теле ни одной раны. Предполагают, что он, как и Павел, находился в глубоком шоке. Если бы не так, атлет Руссов легко бы принял нормальное положение и спустился на землю. А он несколько часов провисел вниз головой. Железный организм выдержал пытку. Пострадавших отвезли в Город. Вскоре из военно-морского госпиталя их отправят в Москву. Павел не приходил в себя долго. Только вчера отцу и Донскову разрешили приехать. В госпитале главврач показал им истории болезни. В них с тремя большими вопросительными знаками написан одинаковый диагноз: «Виброудар???» и в скобках: «вибрационная атака». И то и другое определения для врача новые. Диагноз они поставили приблизительно. Исходя из того, что кожа Павла и Руссова испещрена небольшими, беспорядочно и густо разбросанными черными и светло-коричневыми пятнышками чечевицеобразной формы. Это – признак вибрационной болезни, лопнувшие капиллярные узлы. Внутренние органы подверглись мгновенной и очень сильной встряске. У Руссова кровоизлияние коснулось и левой части мозга.

Состояние ребят улучшается. Еще ощущается болезненный зуд внутри, но они уже с аппетитом едят, а Павел довольно свободно разговаривает.

Что же случилось с летчиками в воздухе? Со слов Павла, было так. Взлетев, они набрали высоту. Руссов переключил управление на автопилот. Павел достал книжку и попытался читать. Буквы прыгали в глазах, потому что неустойчивый порывистый ветер (предвестник циклона) болтал вертолет. Павел засунул книжку в карман. Глянул вниз. Увидел старый черный пал и начал внимательно рассматривать сгоревшую давным-давно часть леса. Он хорошо помнит, что именно в этот момент почувствовал острую боль в кончиках пальцев. Пульсирующая боль кинулась к плечам. Начало трясти нутро. Тяжело застучало в висках. Свет померк. Павел стал ощупывать глаза. Его охватил страх. Страх не всегда плохо, так как это первый психологический сигнал опасности. Но Павел не знал, что делать, чувствуя, как невидимая сила в полной темноте безжалостно рвет тело на части. Потом вокруг него полыхнул огонь. Белая вспышка! Кричал ли Павел? Не помнит. Как выпрыгнул из кабины – не помнит. Очнулся в госпитале. Говорит, что «в огненной ловушке» метался долго. Так ему показалось. Их с Руссовым нашли неподалеку от спаленного леса, на который перед началом беды смотрел Павел. Значит, все произошло в течение семи-восьми секунд. По разбросу парашютов можно определить, что Руссов прыгнул из вертолета чуть позже. И того и другого опустили на землю купола, раскрытые парашютными автоматами. А машина продолжала полет…