Все-таки хорошо, что резиденция отчима находится именно здесь. В отличие от тесного и грязного Брауншвейга, в Вольфенбюттеле почти нет мастерских. Небольшой пригород, где они есть, находится с подветренной стороны, и смрад от них сейчас не досаждает. Разумеется, нечистоты, как и в прочих замках, сливаются прямо в ров, но вода в нем, слава богу, проточная от небольшой реки Окер, уносящей продукты человеческой жизнедеятельности подальше от носов и глаз изысканной публики. В общем, практически сельская идиллия… которую спешат нарушить чьи-то легкие шаги.

– Ваше величество, вы здесь? – слышу я голос фрау Мюнхгаузен.

– Как вы меня нашли?

– Сердце подсказало мне, – попыталась придать голосу томность Женевьева.

– Очень мило, что вы к нему прислушались и оставили бал, украшением которого являетесь!

– На самом деле мне нужно вам кое-что сообщить, – перешла на обычный тон моя собеседница.

– И что же?

– К вашему отчиму прибыл гонец от императора.

– Когда?

– Только что.

– Откуда вам это известно?

– Я подслушала, как герцог Август рассказывал об этом своему брату.

– Мне показалось, вы были заняты вашими поклонниками.

– Какая прелесть! – сложила она губки бантиком. – Вы ревнуете?

– Мадам!

Возглас подействовал, и фрау Мюнхгаузен, отставив на время попытки привлечь мое мужское внимание, принялась за рассказ:

– Герцог Юлий Эрнст отозвал меня в сторону, чтобы поинтересоваться, куда это вы подевались, и выразить свое неудовольствие. В этот момент и подошел ваш благородный отчим.

– И что же было в послании?

– Этого я не могу сказать. Они общались шепотом, и я почти ничего не слышала.

– Почти ничего?