Потеряв интерес к дальнейшему разговору с русским, Тейлор повернулся к Хэнку Паркеру. Потом он склонился над пультом боевого управления и вдруг резко выпрямился.

– Виктор, – сказал он, разглядывая Козлова, стоящего в другом конце небольшого отсека. Русский пальцем ощупывал рот. – Я хочу, что бы ты мне честно сказал еще об одном. Вы… ваши знали что-нибудь о «Скрэмблерах»? И вы решили ничего не говорить нам?

Козлов вытер испачканные кровью пальцы о брюки. Он откашлялся, и чувствовалось, что все горло у него забито.

– Я не знал. Я лично ничего не знал. – Он на минуту замолчал, затем опять начал говорить, уже более решительно. – Генералу Иванову что-то было известно. Но, честно говоря, я не знаю, что именно. Он ничего не сказал мне… до тех пор, пока это не случилось.

– Ну что вы за народ? – с отвращением сказал Тейлор, качая головой. Он повысил голос, и в нем чувствовалась ярость и покорность. – Хоть кто-нибудь в вашей стране помнит, что это значит – говорить правду?

Козлов слегка пожал плечами, потом попытался свести их вместе, как бы стараясь исчезнуть. Он не мог смотреть Тейлору в глаза.

Вдруг стратегическая система связи включилась, это было совершенно непрошеное вмешательство. На другом конце провода усталый голос произнес позывные. Даже они там, в Вашингтоне, устали.

Мередит подтвердил начало связи.

– Полковник Тейлор находится у вас? – спросил офицер связи с другого конца провода.

– Вас понял. Он стоит рядом.

– Включите видеоизображение. С вами будет говорить президент США.

«О черт», – подумал Тейлор, мечтательно вспоминая, что были времена, когда монархи по неделям и месяцам не могли связаться с солдатскими лагерями.

К всеобщему удивлению, на экране появилось не знакомое лицо президента Уотерса, а приятно загорелое и пышущее здоровьем лицо вице-президента, лишь с небольшими кругами от усталости вокруг глаз. Когда Тейлор встал напротив экрана монитора, вице-президент отшатнулся. Они никогда раньше не встречались.

Вице-президент взял себя в руки и наклонился вперед, вся его поза говорила о доверительности и искренности.

– Полковник Тейлор, – сказал он.

– Да, господин вице-президент.

Странное выражение появилось на лице человека на экране.

– Полковник Тейлор, я теперь президент, так как около часа назад у президента Уотерса был инфаркт и он умер во сне.

– Да, сэр, – сказал Тейлор, в уме просчитывая, какие последствия это будет иметь для выполняемой им задачи. Остальное для него не имело сейчас значения.

– Полковник Тейлор, похоже, что вы сейчас не один?