Темные трубчатые фюзеляжи, шум моторов и лопастей винтов.

– Четыре мили, – сказал Кребс. – Господи, сэр. Нам надо идти вверх. Мы идем прямо на них на встречном курсе.

«Нет, – думал Тейлор. – Если они еще не нанесли нам удар при этом угле, то они его уже не нанесут. Но первый, кто отвернет в сторону, обнажит уязвимый угол и потерпит поражение».

М-100 выпустил целую серию снарядов в сторону приближающегося противника.

– Всем станциям, – сказал Тейлор. – Точно по курсу.

– Две мили…

Боевые машины «Тошиба» были уже четко видны. За последние годы их внешний вид изменился не сильно. По форме они были похожи на вертолеты с турбовинтовыми двигателями по бокам или на самолеты с несущими винтами. На что именно, решайте сами.

– Держите курс, – закричал Тейлор.

Пушка М-100 продолжала вести стрельбу. Но снаряды летели в небо, не попадая в цель.

– Одна миля – и сближение.

Когда-то всадники скакали навстречу друг другу с обнаженными саблями, сейчас же их потомки неслись по небу, выстроившись в длинную линию из металлических машин, изрытая молнии.

– Бей, черт побери, бей, – молил Тейлор главную пушку.

Теперь он мог видеть вражеские боевые машины очень хорошо. Фальшивая иранская маркировка, маскировочная пятнистая окраска. Низко подвешенная лазерная установка.

– Мы сейчас столкнемся…

Тейлор крепко держал руку на рычаге управления. Прямо.

Рассекая воздух и издавая оглушительный шум, М-100 пронесся мимо линии противника.

– Всем станциям, – сказал Тейлор. – Следуйте за мной. У нас радиус разворота больше, чем у них.

Он чувствовал себя сейчас более уверенно. Конструкция корпуса М-100 была создана лет на десять позже, чем конструкция «Тошиба». М-100 обладал большими преимуществами с точки зрения маневренности.

– Все идут за мной? – требовательно спросил Тейлор.

Четыре остальные вертолета один за другим доложили о получении команды.