– Здравствуйте, я Оракул. Ребята, я зашел к вам, чтобы сказать следующее. Вероятно кому-то из вас может показаться, что всё происходящее за стеной имеет какую-то пикантную окраску, поэтому я хочу, чтобы вы знали, это очень нелёгкое занятие, вступать в прямой контакт с тэурийцами подобным образом. Это требует большого напряжения сил и жутко выматывает. Время от времени нам придётся делать перерывы, а вы будете на это время включать в комнате музыку и погромче. Ещё я попрошу вас зачитывать вопросы отчётливо, громко и голосом лишенным хоть каких-либо эмоций, надеюсь вы понимаете, каких именно. Магнитофонная запись это хорошо, но её нужно будет немедленно превратить в текстовый документ, чтобы отдать на прочтение Юрию Владимировичу. Кто и где этим будет заниматься?

Один из парней сказал, что катушки с записью рассказа капитана Володиной будут немедленно доставляться курьером на Лубянку и там тотчас будет сделана стенограмма и уже она будет распечатана для Юрия Владимировича. Предупредив аналитиков, как именно они должны себя вести, я вернулся в кабинет. Оба офицера уже закончили свою работу, с невозмутимым видом объяснили, что связь с соседней комнатой будет двустороння и вышли. Мы с Наташей остались одни. На стуле я увидел свёрток и когда развернул его, то нашел в нём тёмно-синий махровый халат. В квартире было тепло и потому я сразу же разделся догола и надел его на себя нисколько не стесняясь своей напарницы и не прося её отвернуться. Наташа улыбнулась, сняла с себя халат и подошла ко мне, явно предлагая снять с неё бюстгальтер и трусики, что я и сделал, но на этом не остановился, а нежно обнял её и принялся, целуя, ласкать девушку руками, но не слишком настойчиво. Распахнув халат, я обнял её и спросил:

– Наташа, ты сможешь сидя на мне и ощущая меня в себе отрешиться от этого, чтобы громко и отчётливо докладывать, что ты видишь перед собой. Честно говоря, я ни разу не видел ничего из того, за чем сорок пять лет наблюдали тэурийцы. Тем не менее если я смогу, то стану шепотом подсказывать тебе что происходит и при необходимости стану ещё и твоим переводчиком. Девушка, обнимая меня, вдруг спросила с тревогой в голосе:

– Боря, ты сможешь долго…

Она замялась и я, поняв по её прикосновению, что именно беспокоит её более всего, улыбнулся и ответил:

– Наташенька, хотя я начал заниматься куэрнингом не так уж и давно, уже научился чувствовать своё тело и полностью его контролировать, а потому смогу находиться в форме ровно столько, сколько это потребуется. Товарищей за стенкой я предупредил, чтобы как только ты подашь им сигнал, они включали у себя музыку погромче. Так, на всякий случай, чтобы не прислушивались, хотя стены в твоей квартире между комнатами вроде толстые. – Увидев удивление в глазах девушки, сказал – Да, теперь это твоя квартира, Наташа, так что когда всё закончится, я попрощаюсь с тобой и покину её с лёгким сердцем.