– Во Внуково, шеф, и побыстрее, – после чего стукнул меня кулаком в бок и радостно спросил, – ну, как ты, Кулибин, отбатрачил своё? Может быть всё же пойдёшь к нам с Жоркой на завод? Мы же всё равно без тебя, как без рук будем. Как-то не по-людски получается, ты и вдруг остаёшься в стороне.

– Нет, Митрофаныч, извини, не могу. – Сокрушенно ответил я и с улыбкой добавил – Я теперь свободный художник, но всё же будут очень часто общаться с тобой, Жорой и всеми нашими ребятами. Ладно, Серёга, прилетим домой, там поговорим.

По прилёту, сразу же из аэропорта, у нас уже во весь рост бушевала весна, едва только расцеловав Ирочку и родителей, я сразу же поехал на углеводородный завод. Мне не терпелось поскорее запустить процесс. До него мы домчались за полчаса, за рулём нашей «Волги» сидел отец, а рядом с ним, повернувшись к нам, мама. Ну, а мы с Ирочкой всю дорогу целовались. Первым делом я осмотрел главный цех, в котором, в шестнадцать рядов выстроилось четыреста «кастрюль», одетых в рубашки из стеклопластика и это была только первая очередь завода. Уже очень скоро всего за сутки этот цех будет выдавать не менее двадцати пяти тысяч тонн водородного топлива, аморфного углерода и асфальтеновой смолы. Всё оборудование в цеху, мастера работали круглосуточно, было уже смонтировано, да, его то и было всего ничего – трубопроводы для перекачки в ёмкости водородного топлива, трубопроводы для откачки аморфного углерода, полуцилиндрические транспортёры с шнеками из нержавейки, к которой не прилипала асфальтеновая смола, ультрафиолетовые светильники, встроенные в крышки, газовое оборудование и медные электроды с электрическими кабелями, которые поднимались под потолок, соединялись и двумя уже толстенными кабелями шли к электрической подстанции.

Все «кастрюли» уже заправил под завязку необходимыми ингредиентами и мне только оставалось запустить процесс. Из Москвы мы с Князевым прилетели около полудня и когда приехали на углеводородный завод, то попали к началу обеденного перерыва. Во время короткой прогулки по цеху, меня сопровождала проекция Дейра и я время от времени, заглядывая то туда, то сюда, беседовал с ним и с его помощью с Бойлом. Через двадцать минут после начала экскурсии, я вошел в лабораторию. Для директора завода, а им был муж Галины, и его главного технолога, являлось полной загадкой, во что же это по приказу первого секретаря крайкома в считанные недели превратили их завод. Вместо меня об этом рассказывал Князев, а я как бы был его корешем, приглашенным на пуск, но именно мне он доверил загрузить в лабораторный автоклав все нужные ингредиенты, влить в них дрожжи и включить на десять минут ультрафиолет. Вадим Игоревич и Татьяна Владимировна смотрели то на меня, то на Князева, как на идиотов. Главный технолог покрутила головой и негромко сказала: