Именно офицеры-строители, имевшие большой опыт сооружения пусковых шахт, организовали дело таким образом, что как только асфальтеновая смола стала поступать на ЖБИ, сразу же началось производство тяжелого асфальтенового бетона. Комбинат находился в трёх километрах от городской черты – нового микрорайона Фестивальный, рядом с живописнейшей местностью, редколесьем, протянувшимся вдоль реки, что когда-то меня жутко бесило – надо же было догадаться, построить там промзону прямо на берегу реки. Рядом с комбинатом пока что находилось всего два предприятия, УПТК стройтреста с большими складами и СУМС с кучей всяческой строительной техники, от которых до берега реки было рукой подать, всего семь километров. В трёх километрах от углеводородного завода располагался бывший отдельный дивизион краевого ГАИ – длинное трёхэтажное здание с огромным плацем перед ним и отличными гаражными боксами на пять дюжин машин со своим ремонтным цехом.

Совсем рядом, вокруг двух холмов пролегали испытательная и гоночная трассы, а за ними, в степи, находилась огромная стройплощадка с уже вырытыми котлованами. Бывший нефтеперегонный, а теперь углеводородный завод находился буквально в километре от него и девяти километрах от берега реки. Он стоял прямо на трубе. Магистральный трубопровод, качавший нефть в Новороссийский нефтепорт, проходил в четырёх километрах южнее. Вскоре он начнёт качать вместо нефти водородное топливо и уже оно пойдёт на Запад. Ну, а пока что мимо нашей гоночной базы к ЖБИ ехали «Мазы» со стальными, наращенными самосвальными кузовами, в задние борта которых, наглухо приваренные к боковым, были врезаны сливные люки, а сами они наращены на метр. Они везли на ЖБИ свежую, ещё горячую асфальтеновую смолу, источающую запах конфет, а с ЖБИ на стройплощадку и уже отсыпанные щебнем гоночные трассы асфальтенобетон. В сплошной веренице машин попадались также ярко-красные бетономешалки, установленные на «Мерседесы» и «Маны». Дмитрий Миронович не скупился, прекрасно понимая, что автозавод «Метеор» – самый главный в его ведомстве.

Вся зона строительства, начиная от берега реки прямо за городской объездной дорогой и до дюкера нефтепровода, была не просто объявлена запретной, а огорожена двойным рядом высоких заборов из колючей проволоки с сигнализацией и дорогой с грейдерным покрытием, по которые то и дело ездили патрульные машины. Патрульные катера плавали и вдоль берега, а по нему шагали пешие патрули. На въезде в будущий автогород был построен временный КПП и когда я подъехал к нему, то мне пришлось сходить к начкару, хотя на лобовом стекле и красовался специальный, всепогодный пропуск, но меня-то в лицо никто ещё не знал, а охраняло объект КГБ. Поэтому ничто не мешало мне достать удостоверение, выписанное на имя Кулибина Бориса Викторовича. Капитан, увидев удостоверение, моментально взял под козырёк и с улыбкой поздоровался: