Он был довольно широким, два метра сто восемьдесят миллиметров в ширину и четыре метра семьсот двадцать в длину при высоте в один метр четыреста двадцать миллиметров. Его дверцы открывались по типу ножниц, что очень удобно в условиях старых западноевропейских городов с их узкими улочками. Автомобиль имел прочнейший наружный, тонкостенный корпус, внутри которого находилась герметичная капсула безопасности со свободным ходом взад и вперёд по сто пятьдесят миллиметров, боковым, вправо-влево, по шестьдесят и столько же по вертикали, из-за чего здорово гасились пружинными элементами колебания на тряской дороге. Однако, даже не мощные передний и задний спикет-бамперы с ходом в двести пятьдесят миллиметров каждый служили залогом безопасности, а эластичные, каучуковые подушки безопасности, быстро надуваемые сжатым азотом. Именно они плотно фиксировали тела водителя и трёх пассажиров, пристёгнутых широкими и мягкими, но очень прочными ремнями безопасности специальной гоночной конструкции.

Всех поражало, что у «Метеора-Альфа» было четыре двери, наружная, тонкая, и внутренняя, более толстая, с подлокотниками и отсеками с крышками. Первая дверь просто откидывалась вверх с помощью кулисы, а вторая, внутренняя, сначала выдвигалась вбок, а уже затем откидывалась вверх. Передние сиденья были оснащены электрическими приводами, управлялись компьютером и были поворотными. Когда водитель и его пассажир спереди покидали машину, они моментально сдвигались вперёд до упора, освобождая проход пассажирам сидящим сзади. Ну, а как только водитель открывал дверцу и нажимал на кнопку, сиденье сдвигалось назад и поворачивалось к нему, показывая, что оно готово принять хозяйскую задницу. Водитель садился на сиденье, оно его взвешивало и, узнав хозяина, плавно и бережно занимало стартовую позицию и если кто-то его перенастроил, то само вспоминало хозяйские настройки. Все четыре сиденья были с подогревом и их обтянули натуральной кожей. Салон был отделан по высшему классу – натуральная кожа, карельская берёза, моржовая кость и позолота, причём жирная, не скоро сотрётся или облезет.

Ну, и это ещё не всё, ведь в автомобиле была целая куча опций – кондиционер с климат-контролем, не говоря уже о печке и самой совершенной вентиляции салона, центральный замок, АБС на все колёса, что с полным приводом выглядело весьма круто, а также бар между сидений и самое главное – фордовская автомагнитола с приёмником европейского ФМ-диапазона. Самой крутой фишкой было то, что в моё время называлось так: руль – дрова, тапки – спортячие, в крыше дыра, фары – сварка. Да, помимо довольно большого люка в крыше нам удалось ещё и установить на фары миниатюрные, но мощные ртутные лампы, которые освещали дорогу на полкилометра вперёд. При всём этом у нашего спортивного суперкара был ещё и совершенно космический дизайн. «Метеор-Альфа» немного смахивал по своему внешнему на «Lamborghini Murcielago LP 670-4 SuperVeloce», но в основном из-за большого, регулируемого компьютером, антикрыла.