Прилетели в Нью-Йорк и все самые лучшие профессиональные авто и мотогонщики, даже раллисты, им пришлось поселиться в отелях подешевле и попроще, включая метеоровских гонщиков, так горячо поддерживавших меня на трибунах. С будущего года болиды команды «Метеоры Юга» будут выступать в гонках Формулы-1. По паре раз Гена, Слава и Витя прокатывались и в этом году и даже были в очках, но основную ставку они делали на куэрнинг и домашние тренировки. Наш автодром был включён в Гран-При семьдесят четвёртого года и комиссары Формулы-1 признали его, наряду с новым автодромом во Франции, лучшим в мире, но он же был ещё и самым комфортным для гонщиков. В нашем Метеоре для каждого пилота Формулы-1 был построен роскошный коттедж со всеми мыслимыми и немыслимыми удобствами и все они об этом знали, а некоторые даже успели погонять на «Большом овале». Под таким названием автодром вошел в списки Формулы-1 и всех остальных гонок, но его обычно называли несколько иначе – «Овал Карузо». В мою честь, естественно, а не в честь великого итальянского певца.

В будущем году, в марте месяце, на «Овале Карузо» пройдёт третий этап Гран-При семьдесят четвёртого года и уже в сентябре месяце к этому началась подготовка. В нашем городе строилось добрых полтора десятка фешенебельных гостиниц, половина в Метеоре, а также проводилась реконструкция и модернизация аэропорта. Всего в будущем году в нашем городе должно было пройти двенадцать гонок международного уровня и в том числе Открытый Чемпионат СССР по прыжкам на гоночных автомобилях, а уж у на нашей трассе с её почти двухкилометровой прямой, можно было показывать просто феноменальные прыжки. В принципе таким образом я просто готовил общественное мнение к тому факту, что вскоре автомобили станут летающими, но для этого нам предстояло «изобрести» генератор антигравитации, устройство на самом деле простое, если и вовсе не примитивное по своей конструкции, но крайне сложное по технологии производства антигравитационных линз. С этой целью в бой вводились старые кадры КГБ, а именно – швейцарский учёный-физик, работавший в Берне – Карл Вайсман. Этот семидесятичетырёхлетний старик покинул тогда ещё Советскую Россию в двадцать шестом году и со временем осел в Швейцарии. Не смотря на свой талант, каких-либо знаменательных открытий он не сделал, но зато был старейшим советским разведчиком и истинным патриотом.

Хотя Карл Фридрихович не был таким уж горячим поклонником автогонок, он прилетел в Нью-Йорк вместе с нами по той причине, что получил от меня грант на свои научные исследования, а вскоре должен был получить и новую лабораторию. Полгода назад профессор Вайсман вполне официально обратился ко мне за помощью после того, как я, прочитав научном журнале его статью о возможных новых свойствах кристаллов, созданных на базе наноматериалов, написал ему письмо, в котором задал несколько десятков вопросов. Вообще-то я приглашал его ещё и приехать к нам в Париж, чтобы заняться исследованиями в области создания новых кристаллов, но Карл Фридрихович для начала попросил меня предоставить ему для исследований некоторые виды наноматериалов, что и было немедленно сделано. Почти полгода учёный молчал, пока не написал мне второе письмо, в котором рассказал о том, что он близок к тому, чтобы уменьшить массу любого физического тела в десятки раз, создав вокруг него поле антигравитации. Ему требовались для этого деньги, современная физическая лаборатория, мощные источники энергии и возможность принять на работу молодых, дерзких физиков.