А в тех случаях, когда в капсулах все крупинки лекарственные — одной «дозы» достаточно не для одного человека, как в рецептуре, а для нескольких семей. Только руками крупинки трогать нельзя, ибо на них остаются «следы» человека.

Как именно может лечить один атом действующего вещества — вопрос не ко мне. Сам не ведаю. Говорили о «памяти вещества» и приводились аналогичные ненаучные доводы. То самое «чудо», которого нам не хватало. При этом наша врач упоминала в лекции, что этими методами даже останавливали эпидемии.

Какие именно болезни и как останавливали — уже не упомню. Но если «подобное — подобным» то можно взять мазок, не буду говорить откуда, у больного, развести его стаканом спирта, взболтать, отлить капельку и ее снова развести стаканом спирта, и еще раз. На большее, у нас спирта не хватит. Больным выдавать по маленькой мензурке «лекарства» несколько раз в день, с очень умным видом — заверяя, что поможет обязательно. Уже помогает! У батюшек еще освятить можно. И у шаманов. Терять нам все одно нечего.

Канонерка летела на юг, к северной оконечности острова Санук, в моей истории носившего имя Ванкувера. Обходили остров с запада, посчитав, что восточным проливом хоть и короче, но берега прикроют нас от океанских ветров, и время в пути возрастет.

Гонка со временем. Порой даже забывалось, куда мы так летим. Парусные наряды концентрировались на работе с парусами, отыгрывая каждый заход ветра. Форштевень не просто резал воду, он ее разрубал, окатывая водяными брызгами фок-мачту едва не до марса. При этом машины работали на крейсерский ход, помогая винтами полету корабля и заодно просушивая мокрый экипаж.

Вода лилась снизу, падала стеной сверху, журча убегала в шпигаты, и даже из клюзов, куда уходили якорные цепи, лились целые водопады, после того как нос корабля всплывал из очередной пробитой волны.

Гонка по океану и жизнь пропитанная водой — это однокоренные вещи. Порой воду выливал даже из своей курительной трубки, не говоря уже про ботинки и картуз. Но 950 километров перехода мы преодолели за трое суток. Правда, и здоровых на борту не осталось, все хлюпали носами и зеленели естественным цветом лица, несмотря на то, что практиковать лечение гомеопатией начал еще на корабле. Для тренировки. Какой матрос от лишнего стакана спирта откажется?

Узости и сулои на подходе к поселениям проскочили на одном дыхании. Видимо, чтоб не злить лишний раз боцмана сивушным выхлопом. Прошли мимо речного поселения, разглядывая печальную картину в бинокль, и бросили якорь у корабельного форта.