Надо будет, потом извинится за бурное подведение итогов вылета. Не так уж и плохо все прошло. Здравый смысл бился в черепной коробке, крича, что на этом лететь нельзя. Здоровый, накачанный мускулами, авантюризм пожимал плечами и уточнял, что садиться нельзя. А летать очень даже можно. Даже нужно, если придерживаться курса «впечатления колонистов». Да и садиться, по большому счету, можно — просто всегда выбирать место посадки с запасом.

Царевич, пышущий негодованием, навис надо мной, закрывая небо.

— Как это понимать, граф?!

Выплюнул сухую травинку, поднимаясь с належанного места. Ох уж мне эти самодержцы… но обороной войну не выигрывают.

— Благодарю тебя Алексей. Спас ты меня сегодня.

Мысленно улыбнулся виду сбитого с атаки царевича. Сложно это — задать вопрос и отругать одновременно. Алексей не удержал любопытства.

— С чего вдруг?

Но накал страстей уже стихал

— Мастера тебе уже сказывали, как проба прошла?… Так вот, будь на борту еще семь десятков килограмм второго пилота, до воды мы бы не дотянули. Считай, на мне должок.

Царевич помолчал, переваривая обиду и вникая в сказанное. Благо самодержавие в нем не пересилило годы, проведенные в академии.

— И что теперь?

Отряхнул рукава, задумчиво глядя в море.

— Ничего особого, Алексей. Мелкие недостатки устраним за пару дней, а крупные только в следующей модели самолета. Надо фюзеляж удлинить метра на два назад, провести тяги и ручки по иному, откидные люки на крыше… Много чего в следующей модели переделаем.

Алексей поискал глазами, что именно высматриваю в море, оглянулся на мастеров, снимающих обтекатели с силовых элементов самолета, и вернулся к вопросу.

— А на этом полетим?

Здоровый авантюризм сгреб в охапку здравый смысл, затыкая ему рот и вроде дав пару раз по почкам, чтоб не дергался.

— Полетим, конечно. Мастера обещали за пару дней проверить да доделать, что можно.

Алексей прожег меня серьезным взглядом.

— Коли внове случайно один полетишь…

Кивнул согласно, не давая озвучивать страшные кары. Есть такой прием — не давать человеку произносить угрозы, если с ним дружбу продолжить хочется. Угрозы, это как Рубикон. Обоим сторонам после них, когда запал пройдет, неуютно — тепло отношений выстуживает.