В апреле 1897 года отношения «бури и натиска» между матерью и дочерью наконец-то утихли. Франциска умерла в возрасте семидесяти одного года, усталая и несчастная, скорее всего от рака шейки матки. Элизабет обрела полный контроль не только над произведениями брата, но и над ним самим. Первым делом Элизабет решила перевезти и архив, и его самого в более подходящее место. Наумбург казался ей провинциальным болотом. Она решила переехать в Веймар, где Ницше наконец смог бы занять подобающее ему место в пантеоне немецкой культуры.

Гёте, приехавший в Веймар в 1775 году, сделал город немецкой обителью муз. В золотой век великие писатели – Фихте, Гердер, фон Гумбольдт, Шеллинг, Шиллер и Виланд – завершили превращение Веймара в «немецкие Афины». В 1848 году культурную эстафету подхватил Лист, который положил начало серебряному веку, создав Нововеймарский союз и дирижируя постановками ранних опер Вагнера в Королевском театре. В Веймаре находились архивы Шиллера и Гёте, и Элизабет посчитала, что такое блистательное соседство повысит шансы архива Ницше сравняться с вагнеровским в Байрёйте, за которым (а также за Козимой Вагнер) она уже давно наблюдала с завистью и восхищением. Чтобы продать небольшой домик в Наумбурге и купить большой в Веймаре, понадобились деньги. К счастью, Мета фон Залис-Маршлинс была рада помочь. Чем еще она могла отплатить Ницше за то незабываемое лето, которое они провели вместе в Зильс-Марии? Там, на озере Сильваплана, Мета всего лишь научила его управлять лодкой, тогда как он открыл ей, что и женщина может стать сверхчеловеком.

Мета отыскала недавно выстроенную виллу Зильберблик [16] – довольно уродливое квадратное кирпичное сооружение на южной окраине Веймара. Здание было меньше Ванфрида, но, поскольку в нем не требовалось размещать концертный зал, его размеры сочли достаточными. Главным достоинством виллы был открывающийся с нее «серебряный вид». Она располагалась в верхней части плавно подымающейся Гумбольдтштрассе, открывая взору лучший вид на город и начинающийся за ним один из прекраснейших в Европе великих неоклассицистских ландшафтов, созданный Гёте после возвращения из Италии. Гёте, как и Ницше, любил окружающую Рим сельскую местность, а также ее изображения на полотнах Клода Лоррена. Вернувшись домой, Гёте затеял превращение холмов веймарской равнины в миниатюрную копию Аркадии. Лужайки превратились в Елисейские поля. Извилистые берега Ильма украсились башнями и гротами. Вид из окна виллы Зильберблик простирался по меньшей мере на десять миль, открывая сулящий отдохновение чудесный ландшафт, который вдохновил Ницше, снедаемого любовью к Лу, написать «Ночную песнь».