Надо сказать, что владелец построил великолепный кинотеатр, но, как и многие другие кинопрокатчики, мало что понимал в презентации фильмов. И вот картина началась. На экране возникли кадры с титрами, послышались первые приветственные аплодисменты. Наконец, дошла очередь и до первой сцены. Мое сердце ухнуло вниз. Это была комедийная сцена со статуей. Публика начала смеяться, вскоре смех превратился в восторженный рев – я достал их всех и в этот раз! Мне опять захотелось плакать от счастья. Три первых ролика зал смеялся, не умолкая, и я, чувствуя возбуждение, смеялся вместе со всеми.

А потом случилось невероятное. Внезапно на середине эпизода, когда весь зал просто умирал от смеха, показ остановили! В зале зажглись огни, и чей-то голос через репродуктор начал вещать:

– Прежде чем вы снова сможете наслаждаться этой великолепной комедией, мы бы хотели занять несколько минут вашего времени, чтобы рассказать о нашем прекрасном новом кинотеатре.

Я не верил своим ушам. Как безумный, я вскочил со своего места и помчался вверх по проходу:

– Где этот сукин сын? Я прибью его!

Весь зал был на моей стороне. По мере того как этот идиот продолжал рассказывать о достоинствах кинотеатра, публика начала топать, аплодировать и свистеть, и ему пришлось прекратить. В результате людям снова пришлось настраиваться на восприятие фильма, и это заняло целую часть. Но, несмотря на эти неожиданные обстоятельства, публике фильм понравился, а еще я заметил, как Эйнштейн украдкой вытирал глаза, – еще одно свидетельство, что все ученые безнадежно сентиментальны.

На следующий день, даже не дождавшись откликов в утренних газетах, я отправился в Нью-Йорк, рассчитывая прибыть туда за четыре дня до премьеры. Приехав, я, к своему ужасу, обнаружил, что никакой рекламы премьерного показа не было, за исключением общих и ничего не значащих лозунгов типа: «Наш старый друг снова с нами!» Мне пришлось воззвать к сотрудникам «Юнайтед Артистс»: «Отставьте все сантименты, дайте им информацию о премьере, ведь мы открываемся в черт знает каком месте».

Я скупил половину рекламного пространства в ведущих газетах Нью-Йорка, где каждый день крупным шрифтом печатали одно и то же объявление:

ЧАРЛЬЗ ЧАПЛИН В ТЕАТРЕ КОХАНА В ФИЛЬМЕ «ОГНИ БОЛЬШОГО ГОРОДА» Сеансы в течение всего дня Билеты – от 50 центов до одного доллара

ЧАРЛЬЗ ЧАПЛИН

В ТЕАТРЕ КОХАНА

В ФИЛЬМЕ «ОГНИ БОЛЬШОГО ГОРОДА»

Сеансы в течение всего дня

Билеты – от 50 центов до одного доллара