Зал, рассчитанный на 1150 мест, приносил нам еженедельный доход в размере восьмидесяти тысяч долларов, и это продолжалось три недели.

В кинотеатре неподалеку, где было три тысячи зрительских мест, показывали звуковой фильм студии «Парамаунт» с Морисом Шевалье в главной роли. Они собрали всего тридцать восемь тысяч долларов. «Огни большого города» оставались на верхних позициях всех рейтингов около двенадцати недель, и чистая прибыль, после подсчета всех затрат, составила четыреста тысяч долларов. Мы временно сняли картину с показа по единственной причине – по просьбе нью-йоркских кинопрокатчиков, которые купили права на показ фильма и не хотели, чтобы картина оставалась в прокате, пока не дошла до сетей их кинотеатров.

Я планировал отправиться в Лондон и показать «Огни большого города» английским зрителям. В Нью-Йорке я проводил много времени с Ральфом Бартоном, моим хорошим приятелем, одним из редакторов «Нью-Йоркера», который только что закончил работать над иллюстрацией нового издания бальзаковских «Озорных рассказов». Ральфу было всего тридцать семь, он слыл высокообразованным и эксцентричным человеком и пять раз был женат. Последняя женитьба, а затем развод повергли его в глубокую депрессию, и Ральф попытался покончить с собой, приняв слишком большую дозу чего-то там, уж не знаю чего. Я пригласил его отправиться в Европу в качестве своего гостя, полагая, что перемена мест благотворно повлияет на него. И вот вдвоем мы поднялись на борт «Олимпика» – того самого судна, на котором я вернулся в Англию в первый раз.

Глава двадцать вторая

Глава двадцать вторая

Прошло десять лет со дня моего последнего визита в Лондон, и я немного волновался, думая о новой встрече. Мне хотелось появиться там тихо, без лишнего шума, но в Англию я отправился на премьеру «Огней большого города», и мне нужно было сделать это событие значимым и известным. Скажу сразу, я не был разочарован размером толпы встречавших меня лондонцев.

В этот свой приезд я остановился в «Карлтоне» – этот отель был старше, чем «Ритц», и ближе мне по духу, он был свой, лондонский. Я занял великолепный номер и с грустью подумал, что уже привык к роскоши. Каждый день я входил в отель с ощущением того, что вступаю в рай. Быть богатым в Лондоне гарантировало восхитительную и полную прекрасных событий жизнь. Весь мир превращался в волшебный парк развлечений, и представление в этом парке начиналось с самого раннего утра.