Практически сразу же после окончания русско-турецкой войны русские военные моряки приступили к исследованию гидрографических условий Проливов с целью определить возможность эффективного использования минных заграждений на Босфоре в случае реализации плана десантной операции¹³⁸⁹. Конечно, это была работа с расчетом на будущее. Черноморский флот в это время был слаб. На 1 (13) января 1880 года в его составе числилось четыре винтовых корвета, 13 винтовых шхун, яхта «Штандарт», семь морских колесных и 12 малых пароходов¹³⁹⁰.

С 1880 года в Константинополе в качестве стационера стоял пароход «Тамань», командир которого капитан 1-го ранга Макаров в 1881–1882 годах провел огромную работу по сбору гидрографических, метеорологических, топографических данных по берегам Босфора, изучил возможности минирования пролива и провел разведку возможных районов десанта, а также турецких укреплений. В 1883 году результаты этих исследований были поданы в Главный Морской штаб¹³⁹¹.

Работа по изучению Босфора не прекращалась. Следующим русским стационером была шхуна «Псезуапе» – небольшое старое тихоходное (скорость около 7 узлов) винтовое судно с парусным вооружением, давно уже выслужившее все сроки деревянного корабля¹³⁹². У местных властей оно не могло вызвать и тени опасения. 19 (31) мая 1884 года Военный министр ген. П. С. Ванновский подал на высочайшее имя «Прибавление к отчетной записке о военной готовности», в котором подводился итог проделанной работе: «Исследования моряков (флигель-адъютантов Макарова и Дикова) дали отличные результаты относительно возможности заграждения проливов на всякой глубине и притом автоматическим способом»¹³⁹³. Проводимые одновременно морскими и армейскими офицерами инспекции русского Причерноморья привели их к выводу о том, что транспортные возможности позволяют осуществить перевозку до 40 тыс. чел., а Одесский Военный округ в состоянии выделить для десанта около 30 тыс. чел. из числа войск, находящихся в непосредственной близости от морских берегов¹³⁹⁴.

Ванновский рекомендовал усилить техническую подготовку к десантной операции, даже за счет восстановления Черноморского флота: «Ни одно государство в Европе не имеет такой короткой операционной линии к Константинополю, как Россия морем из Одессы и Севастополя. Но выгода пользования столь неоцененным условием вся зависит от внезапности. Поэтому подготовка десантных и минных средств, прежде всего требующихся для внезапности, должна иметь все преимущества перед развитием собственно броневых черноморских судов, постройка которых может затянуться еще надолго и может опоздать к той минуте, когда для решения дела достаточно было бы и одной внезапности. В сих видах казалось бы необходимым, чтобы Военное и Морское министерства, с высочайшего соизволения, безотлагательно озаботились отысканием в своих бюджетах тех сравнительно ограниченных средств, которые обеспечили бы возможность, в потребную минуту, внезапно явиться на Босфор. Прошлогодние события близки были к тому, чтобы подобная же потребность внезапного прибытия наших войск проявилась и в Бургасе или в Варне. Чем более затруднены нам ныне сухопутные операции по направлению к Стамбулу или даже в близкую к нам Болгарию, тем энергичнее должны быть подготовляемы и развиваемы наши способы действия морем»¹³⁹⁵. Резолюция императора была ясной: «Весьма желательно и необходимо, чтобы мы в скором времени были совершенно готовы к этой внезапной перевозке войск»¹³⁹⁶.