Однако важно другое – уже летом 1890 года произошел довольно откровенный обмен мнениями двух сторон, определивший разницу в направленности основных военных усилий Франции и России. Франция боялась повторения 1870 года, Россия – 1878 года. Тем не менее Буадефр сделал следующий вывод: «Подводя итоги, выражу свое мнение, что в настоящий момент император России решил не повторять ошибки, допущенной его отцом в семидесятом году»¹⁴⁶². Беседы в Нарве и Красном Селе между Буадефром и Обручевым имели свое продолжение, и во многом благодаря действиям германской дипломатии.

В 1891 году был продлен Тройственный союз Германии, Австро-Венгрии и Италии, вслед за германо-английским договором, опасность полноценного присоединения к нему Англии казалась в Петербурге вполне реальной. Отказ от «договора о перестраховке» и демонстративное сближение Германии с Англией совпали с очередной фазой русско-германской таможенной войны. В 1890 году в торговом обороте Германии Россия прочно занимала третье место по импорту (580 млн марок против 677 млн у Великобритании, 599 млн у Австро-Венгрии, 457 млн у США и 262 млн у Франции), но всего лишь пятое по экспорту (262 млн марок против 696 в Великобританию, 358 млн в США, 348 млн в Австро-Венгрию, 268 млн в Голландию, 238 млн во Францию), причем положительный баланс в пользу России (318 млн марок) значительно превосходил таковые же показатели союзной Австро-Венгрии (251 млн марок)¹⁴⁶³.

Берлин решил защитить свои торговые интересы. «Это началось со времени германского (то есть Берлинского. – О. А.) конгресса. Русские не могут простить, – записывает в своем дневнике 4 ноября 1891 года князь Х. Гогенлоэ, – что мы вырвали у них из рук добычу. Англия никогда не решилась бы одна вести войну с Россией. К тому же присоединяются материальные убытки, принесенные Бисмарком русским финансам. Наконец, изгнание русских рабочих переполнило чашу. Тем не менее Россия не хочет войны, в особенности же это нежелательно при дворе, где недовольны русофильским гримасничаньем французов»¹⁴⁶⁴. В 1891 году в России был принят протекционистский тариф. Общая сумма таможенных повышений на все импортируемые товары увеличилась с 14,7 % в 1877 году до 32,7 % в 1892 году.

Таможенная война и создание блока, охватившего Германию, Австро-Венгрию, Италию, Сербию, Румынию, привели Россию в состояние далеко не блестящей изоляции. Следует отметить, что с середины восьмидесятых и по начало девяностых годов XIX века Германский Большой Генеральный штаб и при Гельмуте фон Мольтке, и при Альфреде фон Вальдерзее исходил из идеи нанесения превентивного удара по России основными силами германской и австро-венгерской армий¹⁴⁶⁵ при обороне против Франции вместе с Италией (предусматривалась даже возможность отправки части итальянской армии на верхний Рейн)¹⁴⁶⁶. Демонстрация развития русской военной мощи летом 1890 года вместе с другими несомненными успехами в области обороны, достигнутыми Россией, все же не остались незамеченными в Берлине. В начале 1891 года Вальдерзее сказал о планах кайзера: «Он хочет быть собственным начальником Генерального штаба. Боже, храни Отечество»¹⁴⁶⁷. В феврале 1891 года генерал-фельдмаршал был смещен с поста начальника Генерального штаба, на его место назначили 58-летнего генерала, имевшего репутацию одного из лучших штабных работников германской армии. Это был граф Альфред фон Шлиффен.