Всего лишь одна фраза, три коротеньких слова, и на творческой судьбе моей можно было сразу поставить большой жирный крест.

Никогда до этого я не видел его таким… ошеломленным. Брови его поползли вверх: «Что?!» – «Поймите, Олег Николаевич, я обещал… Я дал Леонидову слово… С моей стороны это было бы в высшей степени непорядочно…» Боже! Какими жалкими словами я пытался перед ним оправдаться! Каким ничтожным человеком выглядел в его глазах!

О.Н. помрачнел, внимательно посмотрел на меня, как будто старался запомнить черты лица человека, только что отказавшегося принять от него царский подарок, и сказал медленно, отделяя одно слово от другого: «Смотри… не пожалей… потом… Я два раза… такие вещи… не предлагаю». Повернулся и быстро пошел на репетицию «Чайки».

В голове моей часто-часто застучала одна мысль: «Что я наделал?! Что я наделал?! Что я наделал?!»

Как – что? Погубил свою театральную карьеру, вот что. Второй раз судьба дарила мне шанс стать человеком, приближенным к художественному руководителю театра, и второй раз я отказался от собственного счастья. Мало этого, своим отказом я оскорбил Ефремова. Идиот!..

1979 год заканчивался на мрачной, трагической ноте: советские войска вошли в Афганистан. У кого в то время подрас тали сыновья, тот поймет меня. Через шесть лет Андрейка закончит школу. Если поступит в институт, получит отсрочку от призыва в армию, а если нет? Что тогда? Придется идти в армию, хочешь или не хочешь, но придется.

А там… Вдруг его отправят в Афганистан? Об этом даже подумать было страшно. Виктор Петров, у которого была дочка, удивился: «Что ты так переживаешь? Столько времени впереди. Когда твой Андрей будет заканчивать школу, эта дурацкая война закончится». Но это совсем не успокаивало. Я знал: если наши войска вошли в какую-то страну, это надолго. Надежды на то, что наши правители испугаются общественного мнения и выведут войска, не было вовсе. После Чехословакии стало ясно: чудовищного монстра, каким Советский Союз был в глазах мирового сообщества, боятся все. Даже Соединенные Штаты. А монстр не боится никого и ничего. Недаром нас прозвали Империей зла! Надеюсь, вы помните, как прореагировал Запад на советскую агрессию? Несколько стран отказались прислать своих спортсменов на Московскую Олимпиаду в следующем году. И все! Боже, как страшно! Только не подумайте, что я иронизирую. Отнюдь. Это действительно очень страшно, потому что безнаказанность рождает силовой беспредел. Раз так, будем творить на земном шарике все, что захотим!

А кремлевским аппетитам можно было только позавидовать. Мертворожденная идея всемирной революции все еще владела умами наших партийных бонз. Как Хрущев в свое время пытался на каждом лоскутке российской земли насадить кукурузу, так партийные вожди конца 70-х мечтали повсюду насадить идеи марксизма-ленинизма и силой заставить весь мир жить в коммунистическом раю. А что по этому поводу люди думали, их ничуть не волновало. Думайте, что хотите, но мы заставим вас быть счастливыми! Слава Богу, эта мечта «кремлевских мудрецов» так и не осуществилась.