Последняя роль

Последняя роль

Зимой 1989 года начались репетиции спектакля по пьесе М. Горького «Варвары». Наконец-то я дождался своего часа: в этой постановке я получил настоящую большую роль Монахова! Радости моей не было предела! Оказалось, моя актерская сущность томилась без настоящей интересной работы, и, сколько бы я ни уговаривал себя, что для меня сейчас важна исключительно режиссура, желание играть не умерло во мне окончательно. Актерство все-таки очень большая зараза. Для меня не важно было даже то, что в распределении ролей я стою во втором составе, а основным исполнителем назначен А. Мягков. «Ничего! – успокаивал я себя. – Будет и на моей улице праздник!» Ждать его мне пришлось недолго: на первой же читке пьесы Андрей Васильевич предупредил меня, что играть Монахова не будет, так как занят на съемках очередного фильма (к сожалению, забыл, какого именно), и попросил быть готовым в одиночку отрепетировать и сыграть эту роль. Соскучившись по настоящей актерской работе, я с радостью согласился.

Однако долго радоваться мне не пришлось. Я терпеливо ждал, когда же Олег Николаевич начнет работать со мной над ролью Монахова. Ждал… ждал… Но так и не дождался. За все время репетиций О.Н. сделал мне всего лишь одно замечание: «Сережа! Стань правее, иначе тебя Лаврова перекрывает». И все. На этом его работа со мной закончилась. Хотите верьте, хотите нет, но, честное слово, это чистая правда. До сих пор не понимаю, почему Ефремов так откровенно игнорировал меня? Чем я перед ним провинился? Сказать, что мое исполнение роли было идеальным, тоже не могу. Во-первых, идеального исполнения вообще не бывает. А во-вторых, я иногда сознательно делал что-то вопреки его замыслу, ждал если не разноса, то, по крайней мере, хотя бы откровенного недовольства. И что же? А ничего. Абсолютная тишина сопровождала каждый мой новоиспеченный прием, каждую новую придумку. Так, например, я изобрел для своего персонажа очень смелый, слишком откровенный купальный костюм. Ждал жуткого скандала, перепуганная насмерть художница по костюмам Леночка Афанасьева была уверена, что меня в таком виде на сцену не пустят, и на всякий случай приготовила еще один купальник – поскромнее. И что же? А ничего. Ефремов ни звука не проронил, когда, сопровождаемый хохотом моих коллег-артистов, я вышел на сцену в эдаком… Как бы поточнее объяснить?.. В почти клоунском наряде. Жаль, фотографии не сохранились. Затем главным аксессуаром моего реквизита был женский кружевной зонтик. Я оправдывал эту странность моего персонажа тем, что Монахов все время носит за женой ее зонтик. Такой своеобразный зонтиконосец. (Монахову играла Т. Лаврова.) Сколько манипуляций за время спектакля я с ним проделывал, вызывая в зрительном зале смех! Каждую секунду ждал, что Ефремов не выдержит и закричит: «Десницкий! Перестань хулиганить!» Но О.Н. молчал, и я продолжал творить свои безобразия.