Официально, сухо, подозрительно и неприветливо встретила Петра Западная Европа, и первые впечатления, испытанные им при начальном знакомстве с ней, были неблагоприятны. Он отметил несоответствие между культурным внешним видом и кажущейся правдивостью людей, которых встретил, и грубостью их отношения и жаждой к наживе: «Торговые люди здесь ходят в мантелях, и кажется, что зело правдивые, а с ямщиками нашими, как стали сани продавать, за копейку матерно лаются и клянутся, а продают втрое». Следующий прием, прием в Митаве, должен был эти неблагоприятные впечатления в значительной степени развеять.
IV. Петр в Курляндии
IV. Петр в Курляндии
Выехав из Риги 8 апреля, переправившись через Двину и заночевав на ее левом берегу, Петр двинулся в дальнейший путь 9 апреля утром после раннего обеда, миновал мызу Гесп, пересек границу герцогства Курляндского, достиг реки Эккау и, переправившись через нее, остановился на ночлег в мызе, не названной «Юрналом». 10 апреля, выехав из этой мызы утром, он с сопровождавшим его отрядом волонтеров к полудню приблизился к Митаве и, переправившись через реку Аа, расположился в ожидании посольства[722].
Между тем послы в Риге, расставшись с Петром, занимались сборами в путь. 10 апреля было приказано всему составу посольства «с телегами и с лошадьми и всякою рухлядью переправиться за Двину, которые переправились того ж дня; а телеги и коляски искупили в Риге, а подводы (лошади) были псковские, потому что в Риге подвод не дали, а которых малое число и приведено было, и те гораздо худы»[723]. 11 апреля, отпустив нескольких своих дворовых людей в Москву и десятерых состоявших при посольстве псковских казаков во Псков, тронулись в путь и сами послы, причем «Статейный список» посольства в описании переправы их через Двину в общем совпадает с вышеприведенным рассказом Дальберга: «И того ж числа великие и полномочные послы из Риги пошли. Для перевозу через Двину присланы к великим и полномочным послом особые от рижан небольшие суды: одно с знаменем, в котором сидели великие и полномочные послы, да с ними пристав их маеор Леополдус Глазнап; место накрыто было красным сукном, гребцов в том суде было рижских солдат шесть человек; другое наподобие яхты с кровлею, в котором сидели дворяня и иные чиновные люди, тут же были посолские трубачи; и третье обычайное, а в нем были гайдуки и лакеи. И как великие и полномочные послы от берегу отступили и были среди реки, и в то время стреляли с города из шестнадцати пушек, а когда сблизились на другую сторону, и из двора с острова, на котором делают известь, выстрелено из 6 фузей. На берегу на другой стороне приготовлены были четыре кореты о десяти возниках: одна добрая, в которой сидели великие и полномочные послы, а в прочих дворяня и иные чиновные люди; и ехали до постоялых дворов. А обозы посолские для тесноты дворов стояли в поле и привозили к обозу всякие живности и конские кормы для покупки рижские жители. По приезде великих и полномочных послов на те постоялые дворы вскоре приезжали к послом полуполковник Палмуструг да маеор Ранк и бурмистры, поздравляли счастливым отъездом и переправою чрез Двину. И великие и полномочные послы, подчивав их, а иных подаря, отпустили»[724].