8 октября состоялся прием посольства у султана. За два часа до рассвета приведены были на посольский двор лошади с султанской и визирской конюшен, а «в отдачу дневных часов» приехали чины, назначенные сопровождать посланников, и посольство выехало таким же великолепным и многолюдным поездом, каким ехало к визирю. «На переди ехали чауши, а за ними пристав и чурвачей, на голове у него в челме было перо великое. А за тем ехали эминь-Магмет-ага да китяп. А за ними перед посланниками вез великого государя грамоту в камке подьячей Лаврентей Протопопов. А великого государя за грамотой ехали посланники вместе, а с ними с правую сторону ехал чауш-баша. А за посланниками ехали дворяне, и капитан (Памбург), и переводчики, и подьячие, и толмачи. А по обе стороны около посланников и напереди шли янычане с прутиками человек с двести. И ехали посланники с посольского двора улицею, что называется Катарга лимани, да мимо двора Османа-паши, за которым салтанская родная сестра, а от того двора мимо церкви Святые Софии, которая после благочестивых греческих царей мечетью учинена. А проехав церковь Святые Софии, взъехали посланники и все при них вышеписанные чины на салтанской двор, который называется Ени-сарай передней, где наперед сего при благочестивых же греческих царех на левой стороне на городовой стене была церковь Святого Дионисия Ареопагита, а ныне она пуста. А кругом того двора городовая стена каменная из дикого камени с зубцами без кровли, ниже кремлевской городовой стены гораздо, и ворота на тот двор, где посланники ехали, одни, шириною мочно было ехать в три лошади, а башни и никакого строения над теми вороты не было[832]. И на том дворе по обеим сторонам стояло янычан и пушкарей человек со сто, да с левую сторону сидел на лошади капычи-баша, а подле его пеших пушкарей же и людей его стояло человек с двадцать. Да на том же дворе было лошадей простых верховых везирских и пашинских и иных салтанских ближних людей в добром конском наряде с триста и больше[833].

И ехали тем двором до салтанского ж другого двора, где его, салтанские, сараи и большой диван, сажен с полтретьяста (т. е. 250), а шириною тот передний двор будет сажен со сто. И, приехав к тому другому салтанскому двору, чауш-баша и эминь-ага и китяп-ага с лошадей ссели, не доезжая каменного рундука, который сделан у самых салтанских ворот, где всегда с лошадей сходят и на лошадей садятся везирь великой и иные салтанские ближние люди. А посланники с лошадей ссели на тот рундук. А над теми воротами башня; кругом ее каменные перила и подписано над теми вороты большими словами по-турски две строки, в длину сажени по две.