Когда с вопросом о городках было покончено и, таким образом, граница приазовских земель с крымской стороны была определена (река Миус), перешли на той же XVII конференции к другому вопросу о землях, которые должны были быть отведены к Азову с другой (кубанской) стороны. «А потом, — читаем в „Статейном списке“, — чрезвычайной посланник говорил думным людям, что-де в той статье написано о землях и о водах и о городах только с одну сторону, а о другой-де азовской стороне, что по Кубани к Темрюку и к Тамани, ничего у них, думных людей, в той статье не написано, и с ним, посланником, в словах по се время у них еще о том не было». Сделав такое заявление, Украинцев пригласил турок договориться с ним о землях и в кубанскую сторону «и учинить бы тем землям также определение и рубеж»[993]. Переговоры по этому вопросу начались на следующей, XVIII конференции 13 апреля.

Между XVII и XVIII конференцией 12 апреля прибыл в Константинополь и явился на посольский двор «гетманской войсковой канцелярист батуринской житель» Иван Черныш, или Чернышенко, с пятью казаками, посланный из Москвы Мазепою 20 февраля с письмом к Украинцеву от царя, написанным Петром перед отъездом в Воронеж, и с инструкцией от Ф. А. Головина.

Петр, торопя Украинцева с заключением мира, уполномочивал его, если будет необходимо, на дальнейшие уступки сравнительно с теми, на которые он шел в письме, привезенном сержантом Жерловым. Украинцев мог уступить днепровские городки, не разоряя их, в целом виде, разрушив только «прибавочную работу», произведенную русскими после завоевания городков, т. е. уничтожив те дополнения и усовершенствования в крепостных сооружениях, которые были сделаны инженерами по распоряжению Петра[994]. Письмо с такими полномочиями, как видим, запоздало. Вопрос о днепровских городках был ко времени приезда Черныша уже разрешен, и разрешен гораздо более выгодно для России. Украинцев уступал городки не в целом, а в разоренном виде.

Ф. А. Головин писал Украинцеву следующее: «Емельян Игнатьевич. Наперед сего послан к тебе Преображенского полка сержант Никита Жерлов с письмами, и ты чини по тем к тебе посланным указам немедленно, давай ведать, что у тебя делается. А ныне послано к тебе сие письмо чрез гетмана и по восприятии сего, естли у тебя в докончание за помощию Божиею договоры идут, немедленно совершай; дай, дай Боже благополучно и чтоб совершити по тем указам. А будет турки токмо время продолжают, чтоб к сроку мирных договоров подвести и объявить трудные статьи, на чем с нашее стороны поставити невозможно, то изволь немедленно попроситься в ответ и объявить, совершенно поставя срок, что ты имеешь такой указ чрез сего гонца, что тебе дале сего сроку жить тамо не велено, понеже мы уже не надеемся миру за таким великим продолжением и для того выпроси ответу: мир ли хотят делать или войну и противу сего учинили б отповедь немедленно и больше того не живи»[995].