По средам у меня сокращенный прием – в два часа дня заведующий отделением принимает у меня дежурство. Я валюсь в постель и сплю без сновидений до следующего утра. В семь уже звонит будильник, а в восемь начинается обход в отделении. Комната у меня большая и удобная, еда в больничной столовой превосходна, отношения с сотрудниками открытые и добрые – жаль, что на общение с ними почти нет времени.
Рабочее время не ограничено – ни для врачей, ни для сестер. Но врачи получают за переработку – очень скромная оплата за каждого больного в дневное время, чуть побольше – по ночам. Но все равно выходит довольно много – поток больных не иссякает. Зарплата моя, как и было сказано, пятисот крон в месяц, но это только небольшая часть того, что я зарабатываю. Уже за первую неделю в Бурленге я заработал больше. Я договариваюсь о выходном и прошу Нину приехать ко мне. Она приезжает с Галинкой Лиз.
Я чувствую себя состоятельным человеком и приглашаю Нину с Галинкой в лучший ресторан Бурленге. Нина потихоньку спрашивает: «А что, мы можем себе это позволить?» Но когда я показываю ей пачку денег у себя в столе, она успокаивается и смотрит на меня с нескрываемым восхищением.
Мы с ней идем в ювелирный магазинчик – я его заранее присмотрел – и меняем наши медные кольца, полученные в уппсальской ратуше, на настоящие, золотые. Но Нина сохранила те медные колечки – все-таки они были первыми.
Маленькая Лена
Маленькая Лена
Мы живем по-прежнему очень скромно, хотя теперь я позволяю себе иногда делать Нине маленькие подарки – чаще всего цветы, всегда красные, или пирожные.
Во время каникул мы теперь работаем врачами. Мне нравится работать в маленьких больницах, там можно быстро освоить практические врачебные навыки. Я работаю в теперь уже закрытой больнице в Тролльхеттене, потом беру заместительство в больничке в Ветланде, где работает мудрый, спокойный, очень знающий и охотно делящийся своими знаниями доктор Якобссон. Каждое такое заместительство обеспечивает наше существование на несколько месяцев вперед.
На следующее лето я работаю районным врачом в Стенсторпе. Это, пожалуй, приносит мне еще большее удовлетворение, чем работа в больнице. Я – единственный врач на 5000 жителей, это втрое больше, чем сегодня приходится на семейного врача. У меня нет ни сестры, ни секретарши, только две небольшие комнатки для приема больных и примитивная лаборатория. Работа не прерывается никогда – если хочешь взять выходной, надо договориться с врачом соседнего района, тогда в следующий выходной будешь обслуживать уже вдвое больший район – не пять, а десять тысяч жителей. Никто из нас даже представить себе не может, что можно не поехать на вызов, даже на самый отдаленный хутор.