В Иерусалиме празднуют двадцатипятилетие со дня создания движения “Алият Аноар” (Репатриация молодежи). Еврейское агентство приглашает Наоми выступить от имени ветеранов движения.

Наоми взволнована несправедливостью организаторов торжеств. Реха Фриер, основавшая осенью 1932 года в Германии движение, оттеснена в сторону. А все поздравления принимает политик Генриетта Сольд. Наоми собирается говорить об учебной ферме Рахели Янаит Бен-Цви:

“Домой! Домой!

Вот мы у входа в бывший военный лагерь британцев на шоссе, и не отрываем взглядов от белого здания. За нашими спинами краснощекие шотландские солдаты насвистывают свои песенки, с удовольствием пошучивают, глядя на испуганных девушек, беззвучно стоящих у ворот. А по шоссе тянется бесконечный поток арабов. Мы всё ждали, когда шоссе опустеет. В конце шоссе виднелся дворец верховного наместника, мрачный, с толстыми стенами, наглухо запертый.

Между воинскими лагерями и дворцом находится учебная ферма для девушек. Наш дом.

Как в него войти? За дворцом – арабское село, дикое и враждебное. Арабы всегда возникают внезапно из-за серых стен дворца, и короткая дорога от лагеря к нашей ферме полна опасностей для девушек, таких как я. И мы бежим что есть силы между арабами и их ослами. Слева от нас глубокий овраг – вади. Дальше, по пути, несколько еврейских домов. На одной из крыш стоит еврей, охранник, следящий за нашим передвижением. Мы двигаемся перебежками, прыгаем, а глаза наши не отрываются от белого здания, на крыше которого сверкают на солнце цинковые баки для нагрева воды.